Книга Ведьмы любят…десерты, страница 60 – Снеталия Морозова

Мила чувствовала тягу к Родину, но что-то ее не пускало к нему, не могла она с ним раскрыться, отдаться и душой и телом. Может, только на словах она простила его, а в душе еще нет?

– О, Родин! Скажу, как есть. Как Видара и Грега я тебя не люблю. Они моя жизнь, без них я умру, высохну внутри. Я вижу твоего дракона, я с ним каждую ночь, слушаю его песню. И, как бы сказать….

– Ты моего дракона любишь, а не меня.

– Да, я его будто знаю, чувствую, летаю с ним. Я понимаю, что ты с ним одно и то же. Я хочу полюбить тебя, как мужчину. Сердцу не прикажешь, Дин.

– Я это понял, я это чувствую, Мила. Я поэтому и пришел сказать тебе, что я ухожу.

– Куда?

– У меня есть дед, отец моей мамы. Он древний дракон, улетел умирать в горы много лет назад. Я бываю у него редко. Однажды он сказал, что не может почему-то уйти за своей парой, видно что-то еще сделать должен в этой жизни. Он уже не летает давно, но оборачивается еще. Он целитель, Мила, и владеет магией рода. Целитель, каких давно нет, мне так кажется. В его времена, когда он исцелял, а ему почти две тысячи лет, не было в мире юродивых существ. Дети рождались от истинных пар, были крепкими и здоровыми. Были проклятия, но это другое. А сейчас в мире рождаются дети с физическими изъянами,будто мир хочет сказать, что где-то в чем-то мы не правы. Я хочу научиться у деда лечить эти изъяны, хочу перенять его дар, опыт. Хочу разобраться, почему много существо с физическими недугами, и попробовать излечить хоть кого-нибудь. Родин говорил это просто, без пафоса, искренне.

И тут Милу захлестнуло теплом. Не отвага и честь Родина поразила ее, не то, как он вступился за горбунью, а это его желание. Она посмотрела на него впервые, как смотрят женщины на тех мужчин, которых их внутренняя сущность уже выбрала. Это мимолетное мгновение, это как дуновение, и в тебя прилетает оно, чувство. Она впервые смотрела с интересом женским на него, с желанием его узнать, разглядывая только сейчас его глаза. Глаза светло-карие с желтыми всполохами. Огненный. Только сейчас она это поняла. Поняла, потому что захотела. Ее глаза менялись, стали влажными. Она разглядывала лицо, шею мужчины. Она впервые его увидела, увидела сердцем.

Родин это почувствовал, поднялся, подошел к ней. Он волнительно дышал, взял в ладони ее лицо и со всей страстью, желанием, мечтой, любовью стал ее целовать. Он закрыл глаза, погружая в нее свой язык, чувствуя ее язык своим, задыхаясь от счастья. Целовал долго, упиваясь чувствами и постанывая. Она обвила его шею, отвечала ему.

Он держал ее лицо в ладонях, отпрянул от нее немного и счастливо улыбался.

Впервые Мила увидела его улыбку. Она была широкой, открытой, в глазах плескалось счастье.

– Я понял, моя девочка, моя истинная! Я понял! – и стал ее снова целовать по всему лицу.

– Я стану лучшим целителем всех миров, дождись меня. Долго я у деда куковать не собираюсь, мы драконы – парни способные.

Мила впервые увидела его таким. Сердце ее выстукивало галоп. Она словно забыла, что она сильная ведьма, с ним она была сейчас маленькой влюбляющейся женщиной, хлопающей ресницами.

– Расскажи о себе, Милана, какой ты была в другом мире?

Милана с упоением начала рассказывать. Ей почему-то захотелось рассказать смешные случаи из детства, из школьной жизни, из вечеринок и клубов с подружками, смешные истории с партнерскими родами, когда мужчины падали в обморок и врач не знал, кому оказывать помощь. Они смеялись. Родин впервые за долгие годы расслабился. Он понял свой путь, свое предназначение в этом мире – это такое счастье найти это всебе.