Книга Последняя из древнего рода 2. Тень забытых клятв, страница 182 – Ирина Властная

Собрав всю свою волю, всё самое светлое, что было в душе, всю свою любовь я направила чистый поток силы в мерцающие нити барьера. Контур отозвался гулом, который с каждой секундой становился всё сильнее. Барьер начал уплотняться, наливаться силой, запечатывая проход так плотно, что даже шум беснующихся за ним дархинов начал затихать.

Мои ладони горели, перед глазами плыли кровавые круги, из носа вновьхлынула кровь, всё внутри кричало от нечеловеческого напряжения, но я не отпускала… казалось, по моим венам сейчас течёт не кровь, а расплавленное изумрудное золото. Я чувствовала каждую нить плетения, каждый узел контура, словно они стали частью моего собственного существа.

– Сейчас! – крикнула я, и мой голос перекрыл стон бездны, доносящийся из-за сдерживающего барьера… можно было и не кричать, всё равно никто не слышит, но это как-то помогало, что ли.

Я вложила в этот последний толчок всю силу, барьер вспыхнул настолько ярко, что этот свет разошёлся далеко за пределы пещеры, магические нити, напитавшись моей силой, уплотнились и расширились, образовывая единый монолитный щит… раздался звук, сравнимый с обрушением скалы… и всё. Тишина по ту сторону барьера стала абсолютной. Из-за сияния магии больше невозможно было различить ни единого колебания тьмы, ни единого движения бездны. Дархины были запечатаны. Навеки. Пока в крови Гэррош течёт первозданная сила жизни, тьма не вырвется на свободу.

Не знаю, как я выглядела, но чувствовала я себя ужасно, пошатываясь, держась за стену, я медленно поползла к выходу, откуда доносились едва различимые отголоски битвы.

Доползла до выхода и в очередной филиал бездны окунулась.

Лорд Эйшар светловолосым вихрем крутился в самом центре сражения и где-то раздобыл посох, которым вращал настолько быстро, что тот превратился в сплошной сияющий щит, прикрывающий спину лорда Тшерийского, который двигался подобно смертоносной тени – изящно, бесшумно и невероятно эффективно. В его руках сверкал клинок, каждый удар которого отправлял тварь в небытие.

Арий с Грашем насели на одного из трёх оставшихся дархинов, удивительно слаженными и мощными ударами терзая его плоть, пока посох Вождя древогорцев не вонзился в горло порождения самой тьмы, навеки стирая его с лица земли.

Виртэн объединился с Дарвурдом в благородном деле уничтожения дархинов и теснили второго дархина, двигаясь со скоростью, даже превосходящей скорость дархина, несмотря на то, что оба были в крови…

Третьего взяли в кольцо древогорцы и воины Тшерийского… дархину оставались считаные минуты сводобы… не надо было им и вовсе из своей темницы вылазить.

Остатки изменчивых тварей, лишённые поддержки и своих хозяев, заметались в панике и зашлись в жутком вое,словно предчувствуя свой конец. Их добивали без жалости. Я потеряла из вида Виртэна. Во-первых, перед глазами то и дело темнело, а во-вторых, банально засмотрелась, как лорд Тшерийский, словно жнец самого Тартаса, если бы у Повелителя Смерти была такая должность, то Тшерийский был бы на неё самым достойным кандидатом, добивает жутких тварей, оставляя после них лишь клочья мрака…

Даже опираясь на стену, у меня не хватало сил стоять, и я медленно сползла на землю… победа… такое сладкое слово, с привкусом крови и пустоты утраты.