Онлайн книга «Реванш отвергнутой герцогини драконов»
|
Катя успокоилась и закрыла глаза, решив, что незваного посланника дождетсяздесь. Нечего всякую шушеру в дом пускать. Услышала, как захлопали крылья над самой землей, обдав мощным потоком ветра и пыли, как ударились о твердую поверхность дорожки огромные лапы, и… неожиданно оказалась в объятиях крепких рук, подхвативших ее и прижавших к чьей-то твердой мускулистой груди. - Ты жива? Ты цела? Что случилось? – закидал вопросами знакомый голос. - Жива, - пробормотала Катя еле-еле ворочавшимся языком и открыла глаза. – Климент? Ты как здесь, какими судьбами? – спросила чистую глупость, потому что ничего другого в голову не пришло. Расслабленный после битвы с ведьмой мозг соображать отказывался. – Отпусти, - попробовала вырваться, но сил не было. - Не отпущу, пока не расскажешь, что случилось, - муж даже не шевельнулся, только настороженно смотрел ей в глаза. - Кто-то хотел меня убить, - Катя не собиралась скрывать причину своего плохого состояния. – Наверное. Это не точно. Но боль такая… - Я тоже ее почувствовал, - Климент передернул плечами, будто и сейчас отголоски этой боли ходили по его телу, сводя мышцы судорогами. - Да? Как это? – удивилась Катя, захлопав ресницами. - А ты сама не понимаешь? - Не-а. - Опять хитришь? - Даже не думала. - Хм-м… - Да поставь уже меня. Препираться с драконом, находясь в его уютных объятиях, было радостно, но совсем неудобно. Его мужественное, словно вылитое из стали, лицо находилось слишком близко, а чувственные губы, напряженные, чуть подрагивающие, притягивали взгляд. Захотелось до них дотронуться, провести пальчиком по изгибам, а потом улыбнуться, сказать «Ах, ты мой Мурзик» и поцело… Ой, не-не-не. Что за дичь? Магия истинности? Реально? Так работает? Нет, не надо! Катя собрала остатки сил, уперлась ладошками в мощную грудь и замахала ногами: - Отпусти, а то укушу. - Ну, раз у тебя ничего не болит… - муж поставил ее перед собой, придерживая за плечи. – Голова не кружится? – спросил так заботливо, участливо, что захотелось снова прижаться к его груди, самой обхватить его торс, погладить ладошками спину, вдохнуть смесь терпкого запаха мужского пота и цветочного одеколона и почувствовать себя нужной ему, любимой. Наваждение… Это только наваждение. Катя совсем этого не хочет. Черт бы тебя побрал, дракон! А потом мысли спутались, потомучто… Климент внезапно схватил ладонями ее лицо и стал его целовать – щеки, лоб, снова щеки, подбородок, впился в губы, жадно их сминая, лаская, возбуждая, вызывая жгучее желание чего-то большего. Катино тело отзывалось, оно хотело… Горячие прикосновения мужских губ пробежались по шее сверху вниз, заглянули в ямку у ключицы, двинулись к середине декольте, а наглая рука полезла освобождать от платья плечо, обнажая. - Где тут спальня? Сдавленный шепот мужа оказался ушатом холодной воды, которого Кате как раз не хватало. Возмутилась: - Че-его? Спальня? Ты в своем уме? Вырвалась из цепких рук и отступила на шаг назад, возвращая бретельку обратно. Демонстративно вытерла губы. - Кисонька, зачем ты так? – обиделся Климент, поправляя в своих коричневых брюках топорщившееся нечто. – Ты же моя жена, - заморгал темно-янтарными глазами. - С какого перепугу? – Катя окончательно пришла в себя. – Мы разводимся. Ты разве не помнишь? Или у тебя амнезия? Так вот. Мы разводимся. И жена я тебе только по документам. Всё! Зачем ты ко мне таскаешься? Кимерии мало? – выпалила в запале, сама себя разозлив. Но так и лучше. А то ишь, «где тут спальня?» Наглец! |