Книга Мой рок-мерзавец, страница 50 – Хельга Дюран

Взяв в руки ватку, смоченную перекисью, я встала между широко расставленных ног парня. Он немного запрокинул голову, подставляя мне свои губы в полное распоряжение. Ранка уже почти не кровила. С предельной осторожностью я принялась аккуратно промакивать тампоном ссадину.

Это был настолько же интимный и волнительный момент, как тогда, когда я мазала спину Артёма кремом. И в первый раз, и во второй…

От парня приятно пахло одеколоном, а жар его тела я осязала на своей коже, и волоски на руках от этого вставали дыбом. Артём сидел смирино, казалось, даже не дышал. Боже, его губы были так близко…

Даже разбитые они манили меня.

— Ай! — дёрнулся Артём. — Подуй! Подуй, скорее!

Я отбросила ватку на стол и принялась усиленно дуть на ранку. Щиплет, наверное? Вот, чёрт!

Внезапно Артём схватил меня, прижал к себе и впился губами в мои губы. У меня земля ушла из-под ног, глаза закрылись сами собой. Я растеклась лужицей в его руках, проваливаясь полнейшую нирвану.

Это было так неправильно — быть здесь с Артёмом, целоваться с ним так, будто конецсвета наступил, но я ничего не могла с собой поделать. Это, как в детстве найти спрятанные родителями сладости и жадно, тайком лопать их так, что всё лицо и руки липкие! И уже не лезет, но тебе хорошо, и счастья полные штаны.

Я будто дорвалась до того самого сладкого, запретного. И ничего хорошего потом не жди: либо живот заболит, либо родители отругают, а всё равно невозможно остановиться.

Царёв козёл и бабник, наглец и мерзавец, но сейчас это не имело абсолютно никакого значения, потому что я была счастлива.

Страстный, голодный поцелуй заставил забыть меня обо всём на свете. Остались только я, Артём и чайник, который начал свистеть так не вовремя!

Долбанный чайник! Нахер я его вообще поставил? С трудом оторвавшись от Светы, я подошёл к плите и выключил её. Я уже на ней платье начал задирать, а он, козлина, как засвистит! Такой момент испортил!

Девчонка смотрела на меня с обожанием, мечтательно прикусив губу. Я на правильном пути. Раскрасневшаяся после поцелуя, глаза горят, губы так и манят. Маловато поцелуя. Я только сильнее раздразнился. Подкатить к ней яйца? Вдруг обидится и уйдёт?

Я не мог так рисковать. Я ещё не вдохновился. Света была нужна мне, как кислород.

— Ты обещал сыграть мне новую песню, — напомнила девушка, нарушив неловкое молчание.

— А? Да. Пойдём… — рассеянно ответил я, увлекая её за собой в спальню.

Вообще не до пения, да и время уже позднее, но раз обещал…

Мы сели на кровать, и я достал из-под неё гитару. Света обняла согнутые колени, уперевшись в них подбородком, и приготовилась слушать. Я провёл по струнам, проверяя, не фальшивит ли инструмент, искоса поглядывая на неё.

Блять, а вдруг ей не понравится? Мне стало так страшно, что я забыл и слова, и аккорды своих хитов. Впервые в жизни я засомневался в своей охуенности.

Света смотрела с интересом. Нехорошо заставлять девушек ждать. Собравшись с духом я заиграл на гитаре, а потом и запел. Лицо девушки выглядело одухотворённым в момент исполнения песни. Я догадался, что ей зашло, поэтому продолжил уже уверенней.

Эксклюзивный мини-концерт для почётного зрителя мог испортить только один человек — моя "любимая" соседка. Последний куплет я исполнял под яростную долбёжку по батарее. Несмотря на возмущение рассерженной бабки, я закончил песню. Стоило мне заткнуться, угомонилась и соседка.