Книга Привет! Я отец твоего ребенка, страница 41 – Ника Кобальт

Потому я киваю.

Чего уж теперь скрывать-то?

— Так вот, такие бы вряд ли родили сами. В крайнем случае пришлось бы прибегнуть к услугам суррогатной матери. Ну, или они бы тянули с рождением ребёнка до последнего. Вот с одной такой. Я уже и не помню, кто это был. Мы и заморозили свой биоматериал. Она — яйцеклетки, а я — сперматозоиды. По отдельности. Всё же я тоже не молодею. А как оказалось, возраст мужчины тоже влияет на возможные болезни у ребёнка. До эмбрионов дело так и не дошло. Потом мы расстались. Я продолжил оплачивать хранение своего материала скорее по привычке. Да и сумма там совсем небольшая.

После мы некоторое время молчим. И всё это время я чувствую на себе пристальный взгляд Вячеслава.

— Но это ведь ещё не всё, так? — говорит неожиданно он. — Тебя тревожит что-то ещё. Я же вижу.

Тревожит.

Слова Миланы о том, что я «не в его вкусе» так и засели у меня в голове.

Правда, целовался при этом оба раза Вячеслав очень страстно. И в прошлый раз он явно был готов зайтикуда дальше. Он был возбуждён.

Впрочем.

Это ведь ни о чём не говорит.

В конце концов, я — молодая и вполне себе привлекательная девушка. Так что в его возбуждении нет ничего удивительного.

Только.

Одного желания ведь мало. На этом далеко не уедешь. А на короткую интрижку уже не согласна я.

Но говорить об этом сейчас я не готова.

— Так что, Ань?

Я упорно молчу.

А в следующее мгновение он внезапно берёт меня пальцами за подбородок и вынуждает повернуть голову, заглядывая в глаза.

— Что ещё она наплела тебе обо мне? Ну? Или это Димка наплёл?

Я качаю головой и всё же произношу:

— Не он. Милана. Но это неважно.

— А это уже, Ань, я сам решу, — говорит он.

Я же понимаю, что Вячеслав, кажется, от меня всё равно не отстанет.

Потому я нехотя признаюсь:

— Да, ничего такого. Правда. Она просто сказала, что я не в твоём вкусе и что долго наши отношения всё равно не продлятся. Но я это и без неё понимаю.

Вячеслав недовольно прищуривается.

— Кто же слушает обиженную брошенную женщину, Ань? Конечно, она со злости наговорила тебе всякого.

— Но ты сам сказал, что у вас не было с ней отношений, — возражаю я.

Он кивает.

— Отношений не было. Но это вовсе не значит, что ей не обидно. В конце концов, я был довольно щедр с ней. Так что выкинь всю эту ерунду из головы. А что ты очень даже в моём вкусе я тебе прямо сейчас докажу, — говорит он.

А затем он неожиданно берёт мою руку и кладёт себе на пах.

— Чувствуешь, как ты мне безразлична? — спрашивает Вячеслав, не сводя с моего лица потемневшего взгляда.

Я медленно киваю, пытаясь высвободить ладонь.

Но он не отпускает.

— Да я готов был трахнуть тебя сразу, как только увидел в этом охрененном платье.

Всё это он говорит, не сводя с меня пристального и жадного взгляда.

— И до сих пор готов, — говорит Вячеслав тихо.

А я ему верю.

Только.

— Это ничего не значит, — возражаю я, прекращая попытки высвободить руку. — Это просто возбуждение. Вполне естественное состояние для любого здорового мужчины. Да и Гриша хорошо постарался. А это платье любую сделает красоткой.

Он качает головой.

— Платье — лишь обёртка. Но я уже вижу, что словами тебя не переубедить.

Я хмурюсь, не понимая, куда он клонит.

В следующее мгновение Вячеслав протягивает руку, зарываясь пальцами в моих волосах, а затем буквально набрасывается на мои губы. Он целует напористо и властно, проникая языком в мой рот и не давая мне даже маленького шанса на сопротивление. Так что я тут же забываю обо всём, растворяясь в ощущениях. Через какое-то время я слышу протяжный женский стон и не сразу понимаю, что он — мой.