Книга Снегурочка для Адвоката, страница 19 – Мария Мендес

— Пошел ты, друг ещё называется.

В жизни не думал, что буду драться из-за клубники.

— Ай, больно-то как, — жалуется Миша, делая такое лицо будто умирает.

Он лежит на заднем сидении, в его руках фасовочный пакет, в котором пять штук клубники. Остальное мы раздавили, когда подрались с ещё таким же, как и я, будущим папашей. Его мадам, как и моя, тоже захотела клубнику, а у продавца, как на зло, последняя корзинка с ягодами осталась. Она, зараза, ещё такая маленькая была, что даже если захотели бы, не смогли поделить.

Сначала мы с этим горе-папашей начали перетягивать каждый одеяло на себя, то он предлагал сумму больше, то я. В итоге продавец разозлился и сказал, что отдаст клубнику тому, кто наличными прямо сейчас ему заплатит.

Кинулся шарить по карманом, но везде пусто. С дури кинулся проверять ещё карманы Миши, и ничего, кроме дырявых карманов, не нашёл у него. Но я не мог вернуться домой к Лене ни с чем. Какой я мужик, если женщине своей беременной не могу даже клубнику найти.

— Да ладно тебе, всё нормально. До свадьбы заживёт в любом случае.

— Ты мне справа фингал поставил, придурок!

— Нефиг было лезть со своими миротворческими инициативами!

— Я помочь, вообще-то, хотел.

— Ну, считай, что помог. Взял удар на себя, как истинный друг.

— Ага, ещё я, как истинный друг, получил по носу. И теперь из-за тебя у меня будет нос с горбинкой. Вези меня в больницу! Пусть посмотрят и сделают что-нибудь. Наверняка там есть профессиональные медсестры — красавицы. Надеюсь, незамужние и сговорчивые.

— Тебе уже не помочь. Не ной. Домой приедем, обработаем твой разбитый нос и, так уж быть, дам тебе что-нибудь холодное приложить к фингалу. Только Лене моей не попадайся на глаза. Напугаешь мне её ещё своим страшным видом. Заснуть не сможет потом.

— Ну, спасибо, друг.

— Это ещё не всё. В общем, мамка у меня в гостях, в моей комнате ночует, а во второй мы с Ленкой, я тебе постелю на кухне, где-нибудь на полу, ладно? Переживёшь?

— Абрамов, ну и злопамятный ты, сука! Не можешь мне простить ту выходку, да?

— В гостиную не пущу, через неё в ванную Лена идёт, так что придётся потерпеть.

Еле держусь, чтобы не заржать. Поверил дурак.

— Ну и гад ты злопамятный, Димка!

Домой приезжаем в начале четвертого. Лена звонила пару раз, переживала и просилавернуться. Говорила, что если не могу найти, то ничего страшного, она дотерпит до утра. А я не мог вернуться без ничего.

Хотел, чтобы она в меня верила. Чтобы понимала, что отныне всё будет по-другому. Хотел, чтобы она знала, что теперь я рядом, и она может положиться на меня.

Я осторожно открываю дверь, чтобы не шуметь, но как только переступаем с Мишей порог квартиры, в прихожей загорается свет.

Лена пробегается взглядом по нам и немного теряется от увиденного. Миша с фингалом и разбитым носом, в руках фасовочный пакет с пятью клубниками, и я потёртый в грязных вещах и ссадиной на губах.

Когда заварушка началась, я уложил того папашу на землю, а он гад в ответ потащил меня за собой. Я, конечно, сильно разозлился, но мы ему, кстати, тоже оставили штук пять клубники. Остальное раздавили.

— Господи, что с вами? — приходит в себя моя девочка.

— Невестка, приятного аппетита! — Миша с придурашной лыбой протягивает кулёк моей снегурочке.