Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 666 – Юлия Фирсанова

– А посему, понимая, что народ проникся, читай, испугался, настолько, чтобы склониться к конструктивному диалогу, вновь предлагаю вернуться к проблеме выбора достойного короля как единственному шансу на выживание Артаксара. Поддерживаю предложение Собрания грайолов об обращении к мудрости предков. Кор Шеллай, возможно ли почерпнуть какие-то сведения о процедуре выбора правителя и наборе необходимых качеств?

Удачно все-таки лорды про старика вспомнили. Если бы не они, мне бы самой пришлось. Ведь если и существовал конкретный ответ по артефской технологии монархоизбрания, никто, кроме хранителя Изначального Договора, не смог бы его отыскать.

Старый архивариус, терпеливо ожидавший возможности поделиться накопленными статистическими данными, вышел вперед и, перебирая многочисленные печати и ключики у себя на поясе, отчего слова сопровождались тихим постукиванием и позваниванием, заговорил:

– Ни в одном из дошедших до нас источников, хранимых в замковых архивах, нет четкого описания ритуала вступления претендента в наследство. Нет и магического ритуала признания наследника истинным королем символами Изначального Договора. Точно известно лишь то, что в ритуале избрания были задействованы все три артефакта: обар, кабор и трон. В одной старинной ветхой рукописи, датированной временем правления Киаллера Второго, прозванного Плодородным, есть упоминание об Испытании, что прошли трое сыновей короля. Наследником избрали среднего из детей – Шоллея, прозванного впоследствии Тихим. Отвергнуты были отличавшийся красотой младший сын – Ламоник и славный воинской удалью старший из потомков – Гиаддар.

– Очень информативно, – втихую сыронизировал Гиз, но наш источник из архивных подземелий на этом не остановился.

– Рукопись «Об отвержении двоих» повествует не только об официальном провозглашении Шоллея наследником. Есть упоминание об отсохшей руке Ламоника и страшном ожоге на длани Гиаддара. Удивительным образом сии повреждения совпали с возглашением. Также в старых летописях встречал я упоминания о родичах королевских, страдающих сухотой дланей… Потому, благородные коры, думается мне, при испытании королей потребно руку приложить к одному из священных аров в непременном присутствии прочих. Но к которому и как – это мне неведомо!

Шеллай закончил небольшую речь и поклонился собранию, переваривающему ценную инфу. Я тоже зашевелила извилинами, от попыток направить благородных грайолов по нужному пути чуть не сплавившимися за последние полчаса в единый ком, как изоляция под напряжением. Нет, наверное, пасти коров легче! Рогатые понятливее и чужды подковерных интриг.

Итак, что мы имеем по версии летописи? Опознание достойного проходило через отпечатки пальцев. А чего же тогда делало прикладывание зада к королевскому трону, которое Киз изобразил сегодня? Активировало экстренный режим коронации? Н-да, ну ладно, вопрос о менее кардинальном способе взятия пробы начинает проясняться. Хотя просветления на лицах знатного собрания не замечается.

Во-первых, неясно, куда следует совать руку, чтобы сыграть в рулетку на королевское бремя, во-вторых, красочные выдержки-цитаты из летописей по поводу покалеченных конечностей оптимизма не прибавляют. Вероятные кандидаты опасались, бросали осторожные взгляды на трон, на собратьев по ситуации и думали так, что мне казалось, слышался скрип извилин. У мужчин сейчас не мозги были, а просто палата мер и весов: рискнуть и, может быть, выиграть или уступить конкурентам и посмотреть, как они пролетят. Это если пролетят, а если нет?