Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 53 – Юлия Фирсанова

Пока насыщались, оба эльфа, взвалившие на свои плечи долг гостеприимства, сидели рядом, клевали со своих тарелок как птички, по чуть-чуть, словно не ели, а дегустировали каждый кусочек. Парни обменивались с нами ничего не значащими вежливыми фразами о еде и интересовались, не желаем ли мы добавки, но по едва заметным нетерпеливым движениям было видно, что они совсем не прочь поболтать с людьми чуть позднее. Поодаль смеялись, болтали, ходили кругами другие эльфы, как мне показалось, с точно такими же целями. Так, наверное, во времена Союза вели себя с иностранцами. Легкая опаска, интерес, жажда общения перемешивались в столь плотный коктейль, что определить, каких чувств больше, было затруднительно. Все это показалось мне капельку странноватым, ведь это для людей сменилось больше десятка поколений со времен войны и былая враждебность улеглась, а долгоживущие эльфы вполне могли помнить прошедшее так ярко, словно все случилось еще вчера… Да, пожалуй, я поняла, почему большая часть снующего вокруг народа казалась подростками на пикнике. Они и были преступно молоды по эльфийским меркам, почти дети, родившиеся и выросшие после войны. Вот почему никакой открытой враждебности к людям не испытывали. Тот, кто собирал это посольство, либо отличался поразительной наивностью, либо был прожженным дипломатом. Я пока не осознала в полной мере тактических преимуществ избранной стратегии, да, собственно говоря, и не особенно стремилась до всего докопаться. Кто они мне? Симпатичный народ, сегодня я ужинаю у их шатра паэлори (салатом), фаэнто (мясом) и уилоссой (пастила), а завтра поеду дальше. У них свой путь, у меня свой. Я им ничем не обязана, а они, исполнив долг гостеприимства, полностью рассчитаются за свою шутку со стрелами.

Однако нашим хозяевам сегодня явно не везло не только в стрельбе. Мы с Лаксом еще дожевывали пастилу, запивая ее прохладным соком, когда у шатра возник уже знакомый эльф из патруля. Вот этот кадр с глазами темной зелени явно помнил войну – уж очень настороженно косился на нашу невинную парочку – мгновенно оценил обстановку и с ходу заговорил:

– Магева, вас и ваших спутников приглашает к своему шатру князь Аглаэль. Изволите ли вы проследовать за мной?

Спорить с людьми в форме – последнее дело, и заниматься этим стоит лишь тогда, когда нет другого выхода или очень хочется, чтобы тебе дали по морде. Удовольствие для мазохистов! Я молча поднялась на ноги, Лакс торжественно встал за правым плечом, Фаль немного тяжеловато вспорхнул на левое. А… вот почему тяжеловато, в ручонках сильфа все еще был кусина пастилы раз в пять больше его роста!

– Если испачкаешь мне волосы, заколдую! – расплывчато пригрозила мотыльку.

– Чем испачкаю? – осведомился с невинной улыбкой сильф, мгновенно заглотив лакомство.

Лакс криво ухмыльнулся, я тоже не удержалась от улыбки – на маленького пройдоху невозможно было сердиться по-настоящему. Патрульный, поддерживая официальную морду лица, повел нас к центру лагеря, где возвышался самый большой шатер чисто-лазоревого, как небеса после дождя, цвета. Шатер был расписан цветами, очень похожими на ветви мелких роз, только больно сюрреалистических оттенков, на шпиле развевалось лазоревое же знамя с белой шестилучевой звездой в центре и розанами по четырем углам. Геральдикой я никогда не увлекалась даже в своем мире, а тут тем более ничего не знала, поэтому значения символов разгадать даже не пыталась. Просто полюбовалась и решила, что такой флаг куда красивее нашего трехполосного, о смысловой нагрузке которого хорошо, если знает хотя бы каждый сотый гражданин, обремененный некоторым интеллектом.