Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 45 – Юлия Фирсанова

Где-то почти в центре развалин ветка наконец перестала тащить меня вперед и клюнула вниз с такой силой, что я упала на колени, только сейчас ощутив, как ноет лодыжка подвернутой когда-то на физкультуре ноги.

– Здесь! – объявила громко.

– Что? – выпалили парни.

– Почем я знаю, – хлопнувшись на плоскую теплую плиту и вытянув ноги, огрызнулась я. – Раскопайте, тогда узнаем. Я только понимаю: рыть надо в этом месте, а на какую глубину и что достанем, придется устанавливать опытным путем!

– Рыть значит рыть, – покорился Лакс и воткнул лопатку в траву.

– Это правильно, рой, дорогой. А я отдохну, созерцая твои труды, – одобрила я и, наблюдая за тем, как споро вгрызается в землю приятель, периодически отбрасывая особенно крупные камни, щегольнула известной мудростью: – Есть три вещи, на которые можно смотреть бесконечно: пламя, текущая вода и то, как другие работают.

Лакс хохотнул, а я, развивая успех, добавила:

– Вот поэтому так много зевак сбегается на пожар, ибо сие великолепное зрелище сочетает в себе все три компонента.

Вор откровенно заржал, тоненько захихикал и Фаль, хлопнувшись мне на колени: держаться в воздухе и одновременно заливисто смеяться у мотылька не было сил.

– Шутница, – хмыкнул рыжий, закончив хохотать, и снова вогнал лопатку в землю, она обо что-то заскрежетала, только звук получился немного другим, непохожим на обычное столкновение с камнями. Лакс тоже почувствовал это, наклонился и, отбросив лопатку, начал разгребать землю руками, Фаль покинул мои колени и тоже подключился к работе, выхватывая маленькие и весьма крупные, где-то с мой кулак, камни и отбрасывая их в сторону. И откуда только сила взялась в мотыльке?

– Есть! – азартно выдохнул вор и вытащил из земли что-то длинное, встряхнул, очищая от камней и земли, и замер коленопреклоненной статуей с раскрытым ртом.

В его руках покачивалась, подставляя бока солнцу, драгоценная цепь. Даже будучи перепачканной в земле и потускневшей от времени, эта вещь была прекрасна: темный металл и крупные камни сочетались столь удивительным образом, что украшение походило на цветочную гроздь.

– Сейчас! – заторопился вор, вскочил на ноги и устремился в сторону ручья, я за ним не помчалась, лодыжка все еще побаливала.

Впрочем, Лакс вовсе не собирался сбежать с сокровищем, через несколько минут приятель вернулся, благоговейно держа обеими руками добычу. Хитро сплетенная цепь серебристого металла с синими, красными и желтыми камнями переливалась на солнце так, что хотелось прищурить глаза, но не закрыть их, а продолжать любоваться явленной миру красотой, столь долго скрывавшейся под землей. Уже из-за ценности материалов такая вещь, наверное, стоила немало, но ее художественная ценность и тонкая работа многократно увеличивали цену.

Лакс бережно повертел цепь на весу и положил мне на колени. Я осторожно тронула холодный металл пальцами.

– Из чего она? Серебро?

– Эльфийское серебро, – поправил Фаль.

– Куда более чистое, чем человеческое, а еще – желтые алмазы, сапфиры и рубины, – машинально отозвался вор.

– Что ж, не золото, но тоже неплохо, – резюмировала я, чтобы чуть-чуть развеять ощущение высокого штиля.

– Оса, – в голосе Лакса звучало искреннее недоумение, – золото стоит по крайней мере в семь раз дешевле серебра. А эта вещь и вовсе не имеет цены. Мы уже безумно богаты, даже если, – вор нехотя продолжил, – распилим ее и продадим по частям. Покупателя на такое сокровище будет найти очень трудно.