Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 297 – Юлия Фирсанова

– Д-да, магева, – осторожно сглотнув, пробасил разбойник, на лбу выступили мелкие капельки пота, может, и подбородок дрожал, впрочем, в густых зарослях бороды таких подробностей было не разглядеть.

– Первый вариант: мои телохранители убивают тебя прямо здесь и сейчас, – степенно начала перечислять я, будто не замечая страха жертвы. – Честно говоря, вариант не слишком выгоден, жаль потраченных на твое исцеление сил. Второй таков: под нашим конвоем ты последуешь до славного города Ланца, где будешь передан с рук на руки страже и, как я понимаю, закончишь жизнь на эшафоте. Кейр, чего с разбойниками делают: голову рубят, четвертуют или вешают?

– В Патере заклеймили бы и на каторгу, в рудники отправили, чтобы через пять-шесть лун от каменной пыли окочурился, а в Ланце?.. Там вешают, по обычаю, в полдень, – меланхолично дал справку бывший палач, хорошо осведомленный о делах коллег.

– Значит, закончишь жизнь с петлей на шее. Пожалуй, в этом варианте есть справедливое зерно, ты получишь все заслуженное по закону, однако тащить тебя до столицы и сторожить в наши планы тоже не входило. Посему щедро предлагаю еще и третий вариант, магический. Мой спутник потерял коня, ты можешь заменить его и отработать во искупление совершенных преступлений сужденный срок.

– Коня? Я не понимаю, почтенная магева, – пробормотал мужик, было совершенно очевидно, что варианты номер один и два ему совершенно не понравились.

– Конь – это такое домашнее животное с четырьмя ногами, на копытах, спереди грива и морда, сзади хвост. Вот рядом, к примеру, мой, Дэлькором зовут, – заслышав свое имя, образец лошадиной породы гордо вскинул голову и стукнул копытом, – ты, конечно, таким красавчиком-скакуном не будешь, даже не мечтай, но некоторое общее сходство гарантирую. Короче, я превращу тебя в жеребца, и ты пребудешь в этом обличье до тех пор, пока мера честной службы не превысит меры злодеяний. Очень может быть, что тебе придется провести на копытах всю оставшуюся жизнь, но я не исключаю и иного, – объяснила доходчиво, исподтишка любуясь изумленными лицами спутников. Лакс, кажется, только сейчас понял, что мои угрозы превратить его в лягушку могли быть не просто шутками. – Итак, каков твой выбор?

Разбойнику было страшно, очень страшно, и, наверное, в первый раз за последние годы ему нужно было не следовать по указанной старшим братцем кривой дорожке, а выбирать самому, самому решать: жизнь или смерть. Трудно делать странный и страшный выбор. Два клинка, прижатые к телу, мешали рассуждать, не давали избежать выбора, магева требовала ответа. Времени собраться с мыслями не оставалось. Человек вздохнул настолько глубоко, насколько позволял меч Кейра, и выпалил, словно в прорубь бросился:

– А, где наша не пропадала, там выживала! В коня превращай, магева!

– Отлично, приготовься, – довольно улыбнулась и снова подобрала с травы кисточку и краску.

– Прямо сейчас? – севшим голосом спросил мужик, никак не ожидавший столь поспешного воплощения в жизнь необычного предложения.

– А что откладывать? Пора высиживать! – решительно объявила я.

– Кстати, а как тебя звать, приятель, надо же нам будет жеребцу кличку выдумать?! – вмешался Лакс, нарочито показывая, что ему все нипочем.

– Бурас, – шепнул разбойник, против воли начав мелко дрожать, когда кисточка с красной краской приблизилась к его рубашке.