Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 280 – Юлия Фирсанова

Громадный зверюга, в холке достающий мне, по крайней мере, до пояса, если не выше, снова вздохнул совершенно по-человечески и моргнул.

– И чего тебе нужно, приятель? – наобум спросила я, не зная, как наладить контакт с диким животным.

Тот поерзал в густой траве, особенно сочной и высокой по берегам ручья, поднял левую лапу и вытянул ее в мою сторону. Конечность волка в нижней трети плотно охватывала какая-то железная фиговина.

«Капкан!» – подумала я. «Хвала Творцу, догадалась, тупица!» – наверное, подумал волк.

– Так ты, бедняга, угодил в капкан и хочешь, чтобы его сняли, – уяснила суть драматической ситуации, ради которой животное преодолело врожденную осторожность вкупе с инстинктом самосохранения и явило себя человеку. – Ну давай посмотрим, что можно сделать.

Я перешагнула через ручей и, не обращая внимания на сырость, опустилась на колени, прямо в траву рядом со зверем. Наши головы оказались почти вровень. От густого меха животного явственно несло псиной, засохшей и свежей кровью, хорошо еще, что не гнилью, видно, пострадал зверь совсем недавно. Я осторожно коснулась рукой холодного металла, носящего на себе следы волчьих клыков. Бедный зверюга явно пытался отгрызть чужеродную помеху и только больше покалечил себя. Зубцы варварского человеческого приспособления крепко держали добычу. Прикинула габариты ловушки и собственные силы. Ведь я не Конан-варвар, не Валуев и даже не брат Кличко, разжать «челюсти» капкана мне не под силу. Что же делать? Звать на помощь кого-нибудь из мужчин? А где гарантия, что вышедший к водопою волк воспримет их вмешательство с тем же спокойствием, что и мое? Может, тут звери, как люди, на магов по-особому реагируют, как на своих, а всем прочим «зоологам-любителям» лучше держаться от хищников подальше? Не дай бог, поубивают еще друг друга. Но волка-то жаль, надо выручать. Пусть он зверь опасный, но ведь санитар леса и, самое главное, пришел ко мне за помощью. Такое доверие предавать нельзя! Тут меня осенило: «Кинжал серого пламени! Загадочный подарок древней озерной черепахи, металл, с одинаковой легкостью режущий дерево, сталь и камень!»

– Потерпи, дружок, сейчас, сейчас! – торопливо пробормотала я, вытаскивая из ножен клинок. Голубоватый свет, видимый только обладателям магических способностей, залил траву у ручья и волчью шерсть. Зверь смиренно ждал, замерев, как статуя, только звук дыхания и розовый язык, шевелящийся в полураскрытой пасти с острыми лезвиями клыков, говорили о том, что жив.

Я еще раз повнимательнее рассмотрела капкан, прикидывая, где резать, а потом быстро провела кромкой кинжала по темному, местами ржавому металлу. Ловушка как картонная развалилась на четыре части и хлопнулась в траву. Клянусь, из пасти моего нового знакомца вырвался настоящий вздох облегчения. Он аккуратно опустил подушечку лапы на траву, попытался перенести на нее вес мощного тела и слабо взвизгнул.

– Ах ты, бедолага, лапа болит! Ну ничего, это горе не беда, исправим. – Окончательно освоившись с ситуацией, я по-свойски потрепала волчару по жесткому загривку. Тот смиренно вынес ласку.

Снова аккуратно, но твердо взяла массивную окровавленную лапу со слипшейся темными сосульками шерстью, положила себе на колено для надежной фиксации и призвала любимый набор целительных рун. К свету уходящего дня и голубому сиянию кинжала, воткнутого в землю у мокасин, прибавилось золотое свечение рунной триады. Волк на мгновение прищурился, словно тоже видел свет, и снова попробовал лапу на прочность. Потом пару раз стукнул хвостом по траве и вскочил.