Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 189 – Юлия Фирсанова

Изящную фразу извинения за незапланированный визит Фелик (меня, кстати, так и тянуло обозвать его Феликсом, это имя переводится, если мне не изменяет склероз, как «солнечный», что точно соответствовало внешности юноши) закончил информацией о том, что он привел Гирцено очередного восхищенного клиента, жаждущего сделать заказ.

– И что же именно вы хотите? – Польщенный щедрыми похвалами, вываленными на голову, Гирцено обратил благосклонный взор на Кейра, профессионально оценивая его стати и прикидывая, как именно нарядить его наилучшим образом.

Только тут до меня дошло: то ли случайно, то ли намеренно наш провожатый не уточнил, кто именно просил его свести с портным. Исходя из невинного взгляда Фелика, я бы сказала, что он действовал неосознанно, но поскольку аристократ являлся придворным пока неведомого мне владетеля, первичным ощущениям наивной души доверять не следовало. Юный лордик весьма умело устранился от переговоров, предоставив нам самим объясняться с мастером.

– Что хочу? – хмыкнул мой телохранитель, серьезно подойдя к вопросу, даже наморщил лоб. – В данный момент поесть, нет, даже пожрать, смыть с себя дорожную пыль, а на ночь теплую бабенку под бок… Все перечислять – выйдет долго и скучно. Ну а коль ты спрашиваешь об одежде, то ее не я, магева заказывать собиралась.

– Точно! – нахально улыбаясь активно тормозящему портному, подтвердила я слова Кейра.

– Польщен, весьма польщен, почтенная магева, но в моем заведении шьют лишь мужскую одежду, – попытался объяснить очевидное Гирцено с полупоклоном. Ему явно хотелось вспылить, но ссориться с обладательницей волшебной силы мастер посчитал неразумным и смирил нрав.

– Я в курсе, поэтому и попросила Фелика дать адрес, маэстро! – заверила я Гирцено, так и не поднявшись из кресла. Магевам смирно стоять в присутствии портных негоже, вдобавок из положения сидя выставить меня вон труднее, чем из стойки у окна. – Обожаю одеваться нестандартно! Кроме того, мужская одежда куда более приспособлена для путешествий верхом, чем женская. А ваши рубашки – просто моя ожившая фантазия! Так что же, отказываться от мечты всего лишь потому, что в Мидане такую красоту шьют только на мужчин? Вообще-то сие есть дискриминация по половому признаку, я ведь и обидеться могу! А когда я обиженная, такое творю, не приведи боги кому узреть доведется!

– Маэстро? – оглушенный моей пылкой речью переспросил в смущении портной.

– Так в далеких краях называют гениальных музыкантов, а ваши рубашки – просто воплощенная в ткани и кружевах музыка, – откровенно польстила я мастеру.

– Но, – Гирцено уже почти сдался и сопротивлялся довольно вяло, – у меня нет помощниц для снятия мерок, лишь закройщицы, швеи и кружевницы.

– Думаете, ваши портные помрут со стыда при виде моего нижнего белья? – озабоченно уточнила я, подпирая кулаком подбородок. – А если компенсировать им нравственный ущерб некоторой денежной премией? Поможет?

– Я имел в виду ваше целомудрие, почтенная магева, – попытался объяснить Гирцено, но юмор ситуации оценил, и глаза лукаво блеснули.

– А что ему сделается? – несказанно удивилась я в ответ, разведя руками и вольготно закинув ногу на ногу. – Вот уж не думала, что снятие мерки такое интимное дело!

Фелик, стоявший неподалеку, стал сочно-персиковым, а Кейр закашлялся, скрывая рвущийся наружу гогот. Вот что мне нравилось в моем телохранителе, так это его чувство юмора. Такой надежный, по-хорошему упрямый и бдительный, а над хорошей шуткой всегда рад поржать, не корчит из себя неприступную статую. Охрана охраной, но жизнь-то на этом не кончается.