Онлайн книга «Вороны Вероники»
|
- Ты богата, - мама обвела рукой комнату, словно весь дом охватила. - Ты ни в чем не нуждаешься, моя дорогая. У тебя великолепный дом, и наряды, и деньги, тогда как участь Джованны ужасна. Ты же устроилась лучше, чем когда-либо могла рассчитывать. Итак, это прозвучало. Дженевра выпустила из пальцев штору, которую терзала последние минуты, подошла к двери и крикнула: - Бригелла! Слуга возник, как всегда, неожиданно, точно по волшебству. Он лучше всех в доме знал о тайных проходах и секретных дверях.Иногда это пугало Дженевру, но сейчас, скорее, успокоило. - В шкатулке, Бригелла, лежат две сотни золотых лавров. Отдайте синьору и синьоре Карни, пусть распорядятся ими по своему разумению. И она вышла, оставив родителей за спиной. Возможно, навсегда. Дженевра боялась, что Джованна нанесет визит, но сестра держалась в стороне. Иногда только можно было увидеть ее на балконе Дворца Наслаждений, бесстыдно флиртующую с прохожими. Если родители и хотели избавить ее от страшной участи, то их усилия пропали даром. Джованну, кажется, вполне устраивало нынешнее положение. Прошло уже полтора месяца с отъезда — с исчезновения — Ланти без единой весточки, без проблеска, без надежды. Теплые, даже жаркие Дни Любви закончились, настали Дни Силы. Начались шторма, удерживающие корабли в гавани, а лодки на приколе. Даже каналы стали небезопасны, и сидонцы принуждены были следующие два месяца ходить пешком. Зарядили дожди, и все в городе пропиталось особой, осенней сыростью. В дождь, словно причудливое чудовище, появилась на пороге Бианка Понти-Вале со свитой. * * * Портшез остановился возле дверей. В считанные мгновения его обступили слуги, раскрыв широко пестрые зонты. Дождь бил по ним как-то особенно громко. Отброшена была занавеска. Дженевра замерла у окна, цепляясь за край шторы. Сперва показалась изящная белая рука, а затем и ее обладательница, также изящная и белая. Дженевра узнала ее, хотя до того видела лишь на картине, связанной, с искаженным страхом, болью и страстью лицом. Бианка Понти-Вале была прекрасна. Потом уже приходило в голову, что есть в этой красоте нечто порочное и жуткое, нечто темное. Один из прислужников графини, одетый в ливрею с гербами Понти, взялся за молоток и ударил по двери несколько раз. Звук, громкий, резкий, разнесся по всему дому, заставляя содрогаться в противоречивых чувствах. - Что ей нужно? - шепнула Дженевра. Стук повторился. - Надо открыть, синьора, - с сожалением сказал Бригелла. - Все-таки графиня… Верно. Графине не откажешь от дома, как иным гостям попроще. - Впусти ее, - выдохнула Дженевра. - Проводи в охотничью гостиную. Комната эта не располагала к долгим разговорам. На стенах ее дикие животные охотились: на более слабых, на безоружных людей и даже на охотников с палашами, ружьями ифакелами. Центральное место занимала поистине жуткая сцена: два льва раздирали на части женщину, а над ними кружились вороны. Фрески не принадлежали кисти Ланти, Дженевра уже научилась распознавать его манеру. Нет, это была манера иного гения, в котором таланта и безумия было поровну, и в котором была жестокость. Дженевра не хотела знать его имя. Войдя, она села на неудобный диванчик спиной к жуткой фреске, лицом к дверям и висящим над ними охотничьим трофеям. |