Книга Лисьи Чары, страница 100 – Дарья Иорданская

- Слушай, Кцацррен… ты можешь найти нам ведьму?

- А могу ли я стать ветром и паутиной? – высокопарно провозгласил кошмар.

- Да понятия не имею!

- Могу, - одним прыжком кошмар перебрался на тумбочку, поближе к шутовке. – Я могу многое, но, знаешь, я сейчас очень голоден. Знаешь, как мы питаемся, канзара?

Он вытянул шею, удлинив ее раза в два, и приблизил лицо к лицу Пан.

- Мы насылаем на человека кошмарные сны, ужасы, дрожь и отвращение, а потом едим все его чувства и мысли. Это похоже на фрукты со сливками. Восхитительный десерт! Особенно лакомый кусочек, такие как ты. Только мы, да инкубы можем по-настоящему вас распробовать.

Пан не удержалась от удовольствия открутить наглецу длинный и острый нос.

- Еще слово, и я устрою тебе настоящий кошмар, если ты, конечно, хочешь этого.

- Не дерись, - фыркнул кошмар. – Ладно, поищу ее, но – ничего не обещаю. Эта ведьма умеет здорово прятаться, я тебе скажу. Против нее нужен кто-то посильнее девчонки, оборотня и третьесортного черного мага.

Пан пожала плечами. Возразить ей было нечего, она была полностью согласна с такой формулировкой. И все-таки, одно обстоятельство не давало ей унывать: листок, который учитель подложил ей. Еще ни разу магистр Парран не давал своей любимой ученице ненужную вещь.

Кцацррен исчез, вполне вероятно, обернувшись ветром или паутинкой. Шутовка забралась на стул с ногами, устроила подбородок на коленях и продолжила высматривать признаки заката. Туча медленно отодвинулась от горизонта и отправилась куда-то, можно было предположить, на отдых. Пан попыталась представить, каково это – вызывать дождь. Нет, маги воздуха вполне могли вызвать ветер, который пригонит бурю из любого места, но ни к кому на памяти Пан туча не приходила сама и по доброй воле, только потому, что «волновалась». В самой идее волнующейся тучи было больше волшебства, чем во всей магической гильдии Ландора, которая, вместе с учениками и откровенными шарлатанами, насчитывала четыре с половиной тысячи человек.

Низу заворочался. Пан поспешила спустить ноги на пол, пока оборотень не открыл глаз, и немного подалась вперед.

– Как ты себя чувствуешь?

- Бывало и получше.

- Текст, который ты написал… Рискл не смог его прочитать, сказал, что это поздняяписьменность Та Кемт.

Низу протянул руку. Немного поколебавшись, Пан пересела на кровать и поднесла листок к его лицу. Оборотень привстал, оперся на локоть и изучил надпись сонным взглядом.

- Вообще-то это скоропись Джхута, достаточно древняя, - хмыкнул оборотень.

- Ты можешь прочитать? Рискл говорит, что ваш язык…

- Наш язык состоит из огромного количества слов с преобладанием гласных и звонких согласных «н», «м», «з» и «г», если тебе интересно, - фыркнул Низу. – Да, я могу это перевести. Не поможешь мне сесть?

Пан поспешно положила ему за спину несколько подушек. Устроившись поудобнее, лис погрузился в чтение.

- Сложновато… - пробормотал он наконец. – Эта ведьма мало смыслит в древнем языке, я тебе скажу.

- В общих чертах сказать можно? – поинтересовалась Пан, пытаясь заглянуть в листок. Для нее закорючки по-прежнему оставались закорючками, и не несли ровным счетом никакого смысла.

- Да я даже в деталях могу, - хмыкнул Низу. – Но, поскольку это отрывок, очень многое останется непонятным. Здесь речь идет о душах, которые прячутся на дне глаз, и об эликсире, который соединяет души и дает их создателю. Похоже на бред больного горячкой…