Книга Погасни свет, долой навек, страница 94 – Дарья Иорданская

После завтрака она, не имея лучшего занятия, позволила Франку провести себя по дому. Он производил странное впечатление: был роскошен, пышен и мрачен одновременно. Множество вычурных украшений, давно вышедших из моды, заполняло комнаты. По стенам висели картины, многие – баснословно дорогие, известных художников. В одной из гостиных целую стену занимала витрина, покрытая позолотой, а в ней – миниатюрные портреты членов семьи. Под взглядами нарисованных глаз, пусть даже крошечных, с булавочную головку, Элинор ежилась и чувствовала себя захватчицей. А еще дом этот совсем не походил на братьев Гамильтонов; ни на Грегори, ни даже на Дамиана. А вот их мать тут представить было удивительно легко, и Элинор вздрагивала от каждого шороха. Казалось, то шелестит ее платье, и вот-вот Катриона Гамильтон появится, как всегда, глядя на Элинор свысока.

Дамиан появился только к ланчу, когда полуденное солнце скрылось за остроконечной крышей ближайшего особняка и из сада потянуло сырой, стылой прохладой. Спустился в гостиную, дождался, пока Франк закроет и запрет ставни, а после подошел к камину и протянул руки к огню. День где-то там, снаружи, на улице, был, должно быть, все еще по-летнему теплый, но в этом доме царил ледяной холод, и Элинор сама придвинула кресло ближе и вытянула ноги, пытаясь согреться. Взгляд ее скользнул по руке, почти прозрачной на фоне пламени, а потом вверх, к лицу.

– Как ваш ожог, мистер Гамильтон?

– Дамиан, – покачал головой мужчина. – Ну же, Линор, у вас ведь получалось! А титулование оставьте лорду Грегори.

– Почему вы так зовете его? – нахмурилась Элинор, внутренне уже принимая аргументы. Да, Дамиан Гамильтон – отнюдь не джентльмен и определенно не заслуживает церемонного обращения. Но звать его по имени… все еще непривычно.

– Полночный час угрюм и тих. Лишь гром гремит порой, я у дверей стою твоих. Лорд Грегори, открой[27], – с усмешкой процитировал мужчина.

– Ваш брат вовсе не таков, – поджала губы Элинор.

– Откуда вы знаете, прекрасная Линор?

– Прекратите так звать меня! – потребовала Элинор, у которой это «Линор» вызывало легкую дрожь то ли страха, то ли отвращения. – Если вам уж так нравятся имена, то я – Элинор. Элинор.

Дамиан фыркнул, открыл уже рот, готовый продолжить перепалку, но тут дверь распахнулась, и в гостиную бодрым шагом вошел Грегори Гамильтон, принеся с собой запах булочной и целую корзину выпечки.

– Вышел прогуляться и узнал новости, – объявил он с порога. – От моего дома и следа не осталось, одни руины. И как это понимать?

– Есть многое на свете, друг Горацио, – хмыкнул Дамиан.

– Итак, наши планы? Угощайтесь, мисс Кармайкл.

Элинор после небольших колебаний кивнула и взяла из корзины булочку, еще теплую, восхитительно пахнущую корицей. Вторую цапнул Дамиан, едва не коснувшись ее руки, сделал несколько шагов и как-то неуклюже опустился в кресло. Рядом появился Франк с чашкой кофе.

– Спасибо, любовь моя. Планы? – Дамиан кивнул. – Предлагаю начать с заказчика того сеанса, Найтингейла. В истории этой полно странностей. Для Найтингейла и его спутников, к примеру, это был единственный сеанс. Больше они к Спиритуалистам не обращались.

Элинор задумчиво склонила голову к плечу, разглядывая бледные пальцы Дамиана, сжимающие чашку, словно он пытался отогреть ладони.