Книга Ненадежный свидетель, страница 77 – Мария Скрипова

– Роман Михайлович, я с вами.

– Куда со мной? Ночь не спал. Круги под глазами, помятый весь. Пара часов у тебя есть, вздремнешь на диване. Считай, это приказ. Нам еще весь день работать, сонный ты мне ни к чему.

– Так точно, товарищ капитан, – кивнул парнишка, широко зевнув. Следователь по-отцовски усмехнулся, покидая кабинет.

Афанасьев припарковался возле психиатрической клиники, оглядывая белое здание советской постройки с трехметровым забором. В голове не укладывалось, зачем Григорию понадобилось сбегать из больницы. Он осознанно устроил стрельбу в полицейском участке после разговора с женой, чтобы попасть сюда. В этом сомнений не оставалось. Значит, что-то изменилось сейчас. А вот что именно, с этим еще предстоит разобраться. Макаров далеко не дурак, знал, чем рискует. Без причины не стал бы подставлять Алену Игоревну с сыном.

– Роман Михайлович, еще раз доброе утро, – кивнул Павел Степанович, подходя к машине. – Пойдемте внутрь, ваши коллеги еще не приехали.

– Да не очень-то и доброе, – вздохнул следователь, пожимая протянутую руку. – Объясните мне, как пациент психиатрической клиники смог сбежать? Здесь трехметровый забор, решетки, камеры, система пропусков. Разве что вертухаев на вышках с автоматами не хватает.

– Роман Михайлович, у нас же здесь не тюрьма, а пациенты не заключенные, – все так же спокойно ответил психиатр. – Но признаю, для меня это не меньшая загадка. Ранее таких инцидентов в наших стенах не случалось. В силу своего опыта позволю предположить, мозг Макарова работает не так, как у большинства людей. Он наблюдателен, подмечает детали, способен просчитывать на несколько ходов вперед. Ко всему прочему, он легко находит подход к людям и способен манипулировать ими. Простыми, общепринятыми словами, этот человек – гений. Опасное сочетание, учитывая его заболевание.

– С ваших слов, Павел Степанович, Макаров – сам сатана, – усмехнулся Афанасьев. – Давайте ближе к делу, у меня мало времени. Мне нужно видео со всех камер наблюдения.

– Зря вы так, Григорий уникален. Я искренне уважаю его и сочувствую его потере. Такие люди, как он, всегда оставляют след в истории, а вот каким он будет, зависит от многих причин, – по-философски ответил доктор, жестом приглашая войти. – Я уже распорядился, чтобы вам скопировали материалы на флешку. Но боюсь, это не поможет, Макарова на них нет. Не знаю, каким образом, но пациенту удалось остаться незамеченным, как и обойти цифровую защиту.

Афанасьев молча покачал головой, направляясь в изолятор. Говорить не хотелось. За время следствия он, к собственному удивлению, привязался к незаурядному психу с диссоциативной манерой поведения. Побег из больницы ставил под сомнение непричастность Макарова к похищению детей. Если он смог сбежать, не засветившись ни на одной из камер, то, возможно, делал это и раньше, возвращаясь в больницу к моменту обхода. Григорий знал слишком много, вел по следу со стопроцентным попаданием. Место преступления, водосток, потайная стена в кафе и так вовремя спасенный ребенок. Следователь сам не раз говорил, что если бы не алиби, то Макаров был бы главным подозреваемым. К тому же Ника Кириллова – вылитая Люся… Складно выходит, как по маслу. Все это время он мог водить их по ложному следу, прикрываясь бредом о чудовищах. И все же… Интуиция подсказывала другое.