Книга Ненадежный свидетель, страница 131 – Мария Скрипова

– Твой отец Павел Степанович? Я прав?

– Прости, Макаров, дальше ты сам. Я больше ничем не могу помочь.

– У меня к тебе еще один вопрос. Зачем ты превращалась в дионею? Могла бы раньше сказать правду.

– А ты бы поверил? – усмехается она. Разумеется, нет, я столько лет выискивал монстров… Она сделала то, о чем просил я. Подыграла душевнобольному. – Главное, не облажайся! Ты видел его лицо.

Исчезает. Вот же чертовка! Да и Люськи нигде нет. Обиделась, что ли? За поясом пистолет. Не знаю, сколько осталось патронов. Да и как вообще пробраться в психиатрическую больницу в таком виде? Тем же путем, что я выбрался отсюда – не выйдет. Пропуска нет, да и в стационарное отделение мне незачем, успею еще. Придется импровизировать. Через час конец дневной смены, лучше времени не придумать. Попасть в психушку гораздо проще, чем из нее выбраться. Пойдем через парадный вход. Кабинеты врачей находятся в правом крыле, палаты в левом. Ни решеток, ни пропусков, один охранник, да и тот не особо внимательный. Редко кого в лицо запоминает, можно было бы и так проскользнуть. Народу много проходит, особенно в утренние часы, когда прием амбулаторных пациентов, консультации. Вечером людей меньше, особенно под конец рабочего дня, да и мою рожу во всех новостях засветили, не стоит рисковать. Дождусь, пока покурить выйдет. А делает он это раз в полчаса, стабильно, по графику. Сколько лет за ним наблюдал из окна палаты!

Персонал дневной смены по домам расходится, кажется, последняя парочка медсестричек выходит. Павел Степанович обычно работает допоздна, мне на руку. Надеюсь, не изменил своим привычкам. Свет в кабинете горит, значит, на месте. А вот и сам заядлый курильщик, за корпус заходит, побаивается, что начальство застукает. Мой выход. На посту, как и ожидалось, никого. Перескакиваю через турникет. Никогда не понимал смысл метровой конструкции, открывающейся при помощи кнопки. Кого она может остановить? Любой школьник перелезть сможет, козел на уроках физкультуры и тот выше.

Поднимаюсь на второй этаж, крайний кабинет. Табличка «Заведующий психиатрическим отделением Окунев Павел Степанович», мне сюда. Обычно врачи сами заглядывают к своим пациентам в палаты, но мне приходилось бывать здесь прежде. Играли в шахматы по пятницам, разговаривали. Двести тридцать пять партий со счетом 117:118 в пользу дока, сегодня как раз пятница, у меня должен был быть шанс отыграться.

Стучу. Зачем я стучу? Кто так с пушкой в руках заходит?

– Григорий Константинович? – отрывает из-за стола глаза Окунев, как только дверь открыл. – Проходите, присаживайтесь. Я сейчас освобожусь. – Как идиот на кресло опускаюсь. Он пистолет не заметил, или у меня в руках вместо оружия зеленый огурец? Ведет себя так, словно ничего не происходит. Стопку амбулаторных карточек пациентов собрал, в ящик под замок складывает. – Прошу прощения, бумажная волокита, нужно было закончить. Григорий, позволите полюбопытствовать, что привело вас ко мне? – И что я молчу? Как школота перед директором застыл! Нужно брать себя в руки. – Я предполагал, что после того, как вы в спешке покинули больницу, вы не вернетесь сюда добровольно. Вы нашли, что искали?

– Нашел. Вы были правы, док, дионей не существует, – выдаю я. Браво! Два слова связал! Павел Степанович улыбнулся, молчит, не в его правилах перебивать. Но, признаться, я ожидал более эмоциональную реакцию. В конце концов, я в кои-то веки признал его правоту. – Я нашел место, где погибла Люся. Это нечто вроде бункера в ближайшем Подмосковье. В прошлый раз я подвергся воздействию сильнейшего галлюциногена. Я был уверен, что они реальны, что они убили моего ребенка, но это не так. – Паузу делаю, драматичности нагоняю. Слишком долго этого ждал. – Это были вы, Павел Степанович… Вы заставили Милу похитить Люську, как и остальных несчастных девочек!