Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Норвудское дело, страница 157 – Евгений Бочковский

– Будет лучше, если ваше присутствие пройдет мимо его глаз. Если же он вас заметит, попытайтесь договориться. Втолкуйте ему, что хозяин не сегодня завтра будет арестован, а для этого вам необходимо немного поработать. Пусть не мешает, а лучше поможет. Лишняя пара глаз за Шолто, если тому вдруг придет в голову прогуляться ночью, совсем не повредит.

– Хозяин ему щедро платит.

– Знаю. Усвойте главное. Даже если он заупрямится и сообщит Шолто, не беда. Скандал уже ничего не изменит. Важно, чтобы Шолто ни на что более не решился. И ваше присутствие должно стать тому гарантией.

У сержанта округлились глаза, но он не посмел возразить. Да, он всё правильно понял: это незаконное проникновение на частную территорию. Как бы я ни пытался его приободрить, он понимает, как это может отразиться на карьере. Его, моей и Бартнелла. Как и факт неудачи, если Тадеуш Шолто вновь переиграет нас.

Из дневника доктора Уотсона

– Ну как, Ватсон, удачно побеседовали? – встретил мое возвращение Холмс, подав голос из-за развернутой газеты.

– Смотря, что вы подразумеваете под этим словом.

– Честное слово, вы меня поражаете! – Я не успел рассмотреть, была ли газета отложена или ее отшвырнуло этим восклицанием словно ветром, но, так или иначе, лицо Холмса открылось мне во всей своей взбудораженности. – На ваших глазах клиентка разорвала с нами отношения. Остается только возблагодарить природу, что женщины так непоследовательны. Задержав вас – не важно для чего, – мисс Морстен лишний раз подтвердила этот тезис. В нем же заключались ваши шансы выправить положение, и я от души надеюсь, что вы не упустили их.

– Трудно сказать, – пожал я плечами, усаживаясь в кресло напротив Холмса. – У меня не создалось впечатления, что мисс Морстен так уж занимали мои шансы. Так что если мне и представился случай не упустить их, то я, скорее всего, его…

– Упустил. Что ж, узнаю вас. На что же вы тогда убили столько времени?

Я поведал Холмсу о признаниях Мэри Морстен, добавив, что убивали ими не столько время, сколько меня. Со временем всё в порядке, хотя лично для меня оно остановилось или исчезло. Чувствуя себя абсолютно раздавленным, я постарался обойтись лишь фактами без подробностей, касающихся слез Мэри, ее душевной наготы и упреков в наивности.

– Ну что ж, Ватсон, совсем неплохо, – заключил Холмс, с глубоким интересом выслушав мой рассказ. – Как вам кажется, мисс Морстен испытывает нежные чувства к своей дочери?

– Безусловно. Очень нежные, – отозвался я без особого энтузиазма.

– Почему же вы не задались вопросом, зачем она прячет Флоренс, а не живет с нею, как все любящие матери?

– Признаться, я был так оглушен всеми этими новостями, что даже не подумал…

– Но теперь-то, когда вы восстановили здравомыслие, вам, несомненно, пришло в голову какое-то объяснение, не так ли?

– Естественно.

– Ну, и?

– Мне пришло в голову, что я ровным счетом ничего не понимаю, – признался я охотно, так как держать при себе столь мучительное открытие уже не было сил.

– Пришло? – удивился Холмс. – А разве это куда-то уходило?

– Я бы рискнул предположить, что она прятала дочь от меня, если бы к тому времени, когда я стал навещать ее, Флоренс уже не жила отдельно.