Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 54 – Евгений Бочковский

– Кажется, я начинаю понимать.

– Естественным мне представляется вывод, что это кто-то из ваших людей, если, конечно, вы не практикуете у себя экскурсии и сюда не спускаются посторонние, как я или инспектор Джиллард сегодня.

– Что вы! Какие экскурсии?! Это абсолютно исключено!

– Кроме того, посудите сами. Как часто вы держите в хранилище подобные суммы?

– Подобные? Никогда! То есть я хочу сказать, на моей памяти это впервые. Случай исключительный.

– Вот видите. Не предлагаете же вы мне поверить, что такая нажива попала в их руки совершенно случайно?

– Понимаю.

– Поэтому меня интересует лицо, исчезнувшее отсюда уже после поступления ваших наполеондоров. Отсюда отметка в три месяца.

– А вторая, в два месяца? – Мистер Мерриуэзер начинал понемногу оживать. Его взгляд уже не блуждал слепым лучом повсюду, а с интересом остановился на мне. – И почему вы вообще считаете, что сотрудник, выдавший им эту информацию, уволился? Может, он по-прежнему здесь работает, разве нет?

– Вполне возможно и такое. Но я исхожу из варианта, для которого у нас есть хоть какая-то зацепка, иначе, признаюсь вам, пока просто не за что ухватиться.

– Зацепка?

– Да. У нас есть описание одного из них, вернее двоих, но второй не в счет, поскольку это профессиональный преступник. А вот первый – понимаете, есть шанс, что он и есть тот, кто нам нужен, ваш бывший служащий. Если нет и их информатор кто-то другой, тогда всё очень плохо, так как, кроме словесного портрета, весьма поверхностного, мы не располагаем ничем, что помогло бы установить его личность.

– А если да? Почему тогда бывший?

– Если он действительно работал в банке, то могу вас уверить, что в вашем штате его уже нет. Во-первых, имеется свидетель, который и предоставил его описание. Ему позволили жить, решив, что он неопасен, значит, здесь, среди действующих служащих, он никого не опознает. Во-вторых, нам кое-что известно о том, каким образом и как долго велась эта работа. – Я указал в сторону дыры, и управляющий, человек дисциплины, послушно, хоть и без желания, повернул голову туда же. – Вторая отметка связана с тем, что начиная с этого самого времени, то есть два месяца назад, у упомянутого мною свидетеля происходили ежедневные контакты с этим человеком в те часы, когда он, при условии занятости у вас, должен был находиться здесь. Или у вас имеются люди, чья работа предполагает частые отлучки?

– Естественно, нет, – приободрился мистер Мерриуэзер. – И что за описание?

Я привел ему слова Джабеза Уилсона о Данкане Россе. Маленький, юркий, с особой пластикой и явными артистическими способностями. Что еще? Черт внешности как таковых почти не было, больше впечатления, в том числе и мои, вызванные рассказом пострадавшего. Человек, представившийся ему мистером Россом, несомненно, имеет своеобразный юмор и склонен к розыгрышам.

За пару минут перед этим к нам присоединился сержант Пратт, которого я отрядил опрашивать соседей Уилсона. Спустившись в хранилище, он безмолвно наблюдал за нашей беседой, ничем не напоминая о своем присутствии, пока не дошло до описания Росса. Изумление на лице Пратта нарастало по мере того, как озвучивался весь этот перечень второстепенностей. Не дождавшись главной детали во внешности Росса, сержант уже с трудом сдерживал себя, чтобы не подсказать мне о моем упущении. Но мистеру Мерриуэзеру моих слов вполне хватило.