Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 147 – Евгений Бочковский

Я кивнул ему, давая понять, что вызов брошен и что не принять его означает потерю чести. Он расправил крылья, и все тут же расступились, освобождая место для поединка. Для пущего эффекта я открыл коробку и, вынув камень, показал его ему, а затем открыл рот и постучал пальцем по кадыку. Не знаю, понял ли он, что ему была представлена картина его ближайшей судьбы, но в любом случае он не мог проигнорировать столь явное оскорбление, тем более на глазах всего общества. Вскипев от негодования, он яростно зашипел и, разверзнув свою ужасающую пасть, двинулся на меня, стремительно сокращая разделяющую нас дистанцию. Я успел опустить камень в карман, чтобы освободить вторую руку. Мы сблизились до расстояния вытянутой руки или шеи (с какой стороны посмотреть), и он взялся примерять на меня первые пробные удары, понемногу увеличивая скорость броска. Каждый выпад всё более угрожал мне своей резкостью и в любую секунду мог стать роковым, но я, избрав опасную для себя тактику заманивания, не отступал от нее ни на шаг и продолжал под градом атак терпеливо дожидаться своего шанса. Никто из присутствующих даже в малейшей степени не симпатизировал мне. Все эти твари галдежом выражали дружную поддержку моему грозному противнику. В любую секунду любой из них мог, не сдержавшись, нанести мне подлый удар в спину, и тогда за мою жизнь никто бы не дал и пенни. Решающий момент неумолимо приближался…

Через четверть часа всё было кончено. Шатаясь и вытирая пот с измученного лица, я выбрался на задний двор и доковылял до калитки. Все силы остались там, а кроме того, мне пришлось пройти через испытание, породившее новые, непривычные ощущения, слишком экзотические, чтобы моя ранимая натура сумела избежать потрясения. Да, я был потрясен, и мои дрожащие руки уже ничего не смогли поделать с калиткой. Сдавшийся мне на входе без лишних возражений замок теперь, когда потребовалось запереть калитку за собой, взбунтовался. Промучившись, я бросил это дело и ушел, поддерживая себя тем, что главное всё равно сделано. Я справился без Холмса. От начала и до конца. Если б я еще и побывал в спальне ее светлости и вынул карбункул из футляра (что, чего уж греха таить, являлось самым простым делом во всем нашем плане, учитывая, что необходимые гарантии безопасности обеспечило Холмсу личное присутствие мистера Кьюсека), похищение, доставку и закладку в надежное место собственности графини Моркар можно было бы считать полностью делом моих рук.

– Почему вы так поздно? – встретил Холмс мое возвращение довольно неожиданным вопросом.

– Потому что я только что покончил с вашим поручением.

– Однако это странно, – нахмурился он, складывая что-то про себя. – По моим расчетам вы уже давно должны были вернуться.

– Мне пришлось потратить некоторое время на поиски коробки, куда вы положили алмаз.

– Вы шутите! Столько времени вы обыскивали ведро?! Она лежала на дне и не могла оттуда выпасть.

– Чтобы обыскать ведро, сначала требовалось найти это ведро.

– Вы меня пугаете, Ватсон. Я же выглядывал из окна и видел, что вы стоите как раз под ним. Ведро должно было спуститься прямо вам в руки. Неужели вы проспали самый ответственный момент?!

– Отчасти.

– Следовало и в самом деле, как советовал Кьюсек, обложить вас бранью, – проворчал Холмс. – Честное слово, это бы вас взбодрило.