Онлайн книга «Холодные близнецы»
|
Лидия пытливо смотрит на меня. Она внезапно кажется старше – такая, какой станет во взрослом возрасте. – Я сказала папе, что я это сделала, и я это сделала, сделала, сделала – одну нехорошую вещь, – произносит она. – О чем ты, милая? – Я сказала папе, что я сделала нехорошую вещь. И я ее правда СДЕЛАЛА. А папа ничего плохого не сделал. Но я ему ничего про тебя не рассказала, я говорила про себя, а не про тебя, и он рассердился не на ТЕБЯ. – Лидия? – Чего? – Лидия. Расскажи мне все прямо сейчас. – Все? Но ты и так знаешь! Мама! – кричит она. – Мама, ведь ты же знаешь, что случилось. Знаешь! – Нет, дорогая. – Нет – знаешь, нет – знаешь. – Послушай… – НЕТ – ТЫ ЗНАЕШЬ! – трясясь, выкрикивает моя дочь. – Это не только из-за меня, нет, нет, нет! Внезапно она умолкает и, не мигая, смотрит на меня. Затем восклицает: – МАМА, ОНА УМЕРЛА ИЗ-ЗА ТЕБЯ! 25 Энгус сидел в «Селки» со стаканом тройного «Ардбега» и пил в одиночестве. Паб был фактически пуст, тишину нарушали лишь несколько местных, среди которых затесался и Гордон. Завсегдатаи допивали пиво, чтобы потом разойтись по домам и переждать шторм. Энгус снял себе комнату наверху – летом за номера в «Селки» брали немереные деньги, зато зимой они практически ничего не стоили. Он мог бы снова заночевать у Джоша и Молли – ребята пошли бы ему навстречу – но он понимал, что это не очень-то и правильно. Возмутительные обвинения Сары настолько вывели его из себя, что он не хотел портить настроение друзьям своим угрюмым видом. Совращение собственного ребенка. Безумие. Сама идея – даже малейшие намеки на нее – приводили его в крайнюю степень бешенства. И хорошо, что он находится на Слейте, далеко от семьи, потому что если бы он сейчас, после всего выпитого виски, увидел Сару, то, наверное, убил бы ее. Серьезно. Он способен на такое. Он бы запросто свернул ей шею. Энгус узнал в себе отцовскую натуру – избивать слабую женщину. Но разница была в том, что у Энгуса имелись на то веские основания. Совращение малолетних. Ты насиловал Кирсти? Ярость затуманила ему рассудок, но он успокоился, глотнув виски. И еще. Что он мог сделать, кроме этого? В любом случае, все из-за нее – из-за Сары. Энгус встал и, пошатываясь, побрел к окну, он пытался рассмотреть остров, смутно виднеющийся сквозь пелену дождя. Его дочь застряла на Торране в шторм. Как у нее дела? Хватило ли у Сары ума укрыться как следует? Закрыла ли она двери и окна, задвинула ли засовы? Привязала ли лодку к ограде маяка? Наверняка. Она же не дура. Но психика у нее не в порядке. Сара сломалась сразу после смерти близняшки. В последние месяцы она вроде бы восстановилась, но опять погрузилась в водоворот личного безумия. Совращение малолетних. Энгусу хотелось выплюнуть эти слова на пол. Сучка. Какое, черт возьми, совращение малолетних? Какой ложью она сейчас пичкает его дочь? Ему надо попасть на Торран и взять ситуацию под контроль, но вода поднялась высоко, и погода выдавалась чересчур скверная – доплыть до острова можно только на хорошей лодке, а не на его моторке. Каркасная лодка Джоша, конечно, получше, чем его суденышко, но не рассчитано на бурю. А шторм мог затянуться на пару-тройку дней. Значит, если ему нужно попасть на Торран морем, придется обратиться за помощью к властям – в полицию, в береговую охрану, к блюстителям закона. Но в таком случае сопровождающих ему не избежать. А когда они причалят к Торрану и высадятся на суше, вот тогда-то все и откроется. Его, вероятно, арестуют по обвинению в педофилии. Допустим, он сможет доказать нелепость этих заявлений, но полицейские, разумеется, не отступятся от него: будут задавать вопросы по поводу трагедии в Инстоу и докопаются до того факта, что одна близняшка столкнула другую. Как-никак, а это – убийство, пусть и совершенное ребенком. |