Книга Молчание матерей, страница 22 – Кармен Мола

Рейес и Ордуньо вошли через заднюю дверь на кухню. На плите стояла кофеварка, в раковине – невымытая чашка; холодильник украшало еще несколько фотографий Херардо и Сесилии, видимо из поездки в Новый Орлеан.

Кроме туалета, кухни и гостиной, помещений на первом этаже не было. Пока Рейес и Ордуньо осматривали шкаф с проигрывателем и внушительной коллекцией пластинок в гостиной, Элена и Сарате бесшумно поднялись по покрытой сбившимся ковром лестнице на второй этаж: из небольшого коридора двери вели в три комнаты.

В первой они увидели письменный стол, кресло с подголовником и книжный шкаф. Во второй – гладильную доску, велотренажер и односпальную кровать. За третьей дверью Элена и Сарате обнаружили двуспальную кровать, с которой свешивалась рука. В полумраке они разглядели лежащую на постели женщину. Светлые волосы разметались по подушке. Элена и Сарате застыли на пороге, как будто им явился призрак. Женщина шевельнулась и повернулась к ним лицом. На ней была маска для сна, на тумбочке стояли пузырек снотворного и коробка от берушей. Женщина что-то пробормотала, стянула маску – и увидела их. Две фигуры, застывшие на пороге ее спальни.

Она вскрикнула, резко вскочила и попыталась спрятаться за кроватью.

– Не пугайтесь. Меня зовут Элена Бланко, я инспектор полиции. – Элена протянула женщине жетон, будто выбрасывая белый флаг. – Мы звонили в дверь, но вы не отвечали. Вы Сесилия Пресьядо? У нас были основания полагать, что вы в опасности.

– В опасности? Почему?

– Из-за вашего мужа.

– А что с Гилье?

Через несколько минут Сесилия сидела на диване, ломая руки. С того момента, как ей сообщили, что два дня назад ее мужа нашли мертвым, она не переставала плакать. С Херардо наконец слетела маска. Теперь сотрудники ОКА знали, что на самом деле его звали Гильермо Эскартин. Это было все, что им удалось вытянуть из Сесилии между стонами и всхлипами. Рейес и Ордуньо ждали снаружи; они уже вызвали криминалистов и готовились обыскивать дом в надежде найти какую-нибудь зацепку.

– Почему вы не заявили в полицию, когда ваш муж пропал? Гилье был замешан в чем-то… незаконном?

Сесилия подняла на Элену заплаканные глаза, печально улыбнулась и покачала головой, словно не могла поверить в происходящее.

– Как он умер?

– Его убили.

Этот ответ, казалось, удивил Сесилию. Она собралась с силами, глубоко вздохнула, вскинула голову и оглядела гостиную, где они с Гилье провели столько вечеров, и пластинки, которые он берег как зеницу ока.

– Сесилия, мы полагаем, что Гильермо был замешан в торговле наркотиками. Если вам что-то известно, вы должны нам рассказать.

– Это вам должно быть что-то известно… Со мной он никогда не говорил о работе. Всегда повторял, что не хочет подвергать меня опасности, запрещал задавать вопросы.

– Чем занимался ваш муж?

– Он полицейский… Был полицейским.

Соседи наблюдали за полицейскими, окружившими дом Сесилии. Они нервно переглядывались, задавая друг другу безмолвный вопрос, на который никто не мог дать ответа. Ордуньо побеседовал с каждым, чтобы выяснить, что им известно о Гильермо – пока ему было трудно называть погибшего этим именем. Соседи мало общались с парой и уже давно не видели мужа. Одна пожилая женщина рассказала, что заметила, как около месяца назад он отъезжал от дома на старой машине. Должно быть, это была «сеат панда», о которой упоминал Бирам. Женщина удивилась, увидев Гильермо: она думала, что пара давно развелась. Рейес почти не слушала Ордуньо, который делился с ней сведениями, полученными от соседей. Она сидела, уставившись в телефон.