Книга Цыганская невеста, страница 31 – Кармен Мола

— Это потом. Сначала я хочу, чтобы вы с Ордуньо допросили Синтию. Сделайте это на камеру, чтобы я видела допрос.

— Мы не исключаем ее виновности?

— Не забывай о следе, Ордуньо. Сорок пятый размер, крупный мужчина. Явно не Синтия. След, конечно, не решающее доказательство, но его мог оставить убийца.

— Она могла заказать убийство, — гнул свое Ордуньо.

— Могла, но тогда у нас первый в мире киллер, который использовал для убийства червей, — возразила Элена Бланко. — Все, совещание окончено, за работу.

Синтию фотографии явно смутили и даже шокировали. Во-первых, все увидели ее голой, а во-вторых, поняли, что она лгала.

— Ты не сказала, что у вас с Сусаной настолько близкие отношения.

— Откуда взялись эти фотографии? Кто их сделал? — Синтия чуть не плакала; она не знала, что делать и говорить.

— Думаю, это ты должна нам рассказать. Ты должна нам многое рассказать. Я не знаю, понимаешь ли ты, что ввела нас в заблуждение. Мы поверили тебе с первой минуты, нам показалось, ты горюешь по Сусане больше всех, — и вдруг оказывается, что ты лжешь…

— Я не убивала ее, я не могла…

Элена и Сарате следили за допросом на экране компьютера в кабинете инспектора.

— Не слишком ли рано они начали на нее давить? — спросил Сарате.

— Дознаватель сам задает ритм допроса, — возразила Элена. — Ческа и Ордуньо знают свое дело; а не знали бы, не работали бы в ОКА. Не отвлекай меня, я не хочу ничего пропустить.

Это был удар по самолюбию Сарате: Элена словно дала ему понять, что есть просто полицейские, а есть полицейские из ОКА. Когда следствие закончится, он вернется в свой Карабанчель, а его коллеги по этому делу останутся в статусе суперполицейских. Если только за это время он не проявит себя, не заслужит право работать в составе спецподразделения.

— Мы с Сусаной были вместе три года… С тех пор как познакомились в модельной школе… Поэтому я ушла с девичника — не могла смотреть, как эти голые мужчины касаются ее…

— Ты ревновала?

— Ревновала, значит, убила ее? Нет, мне просто было противно на это смотреть. Я не стеснялась наших отношений. А она скрывала их и пошла бы на все, лишь бы никто никогда ничего не узнал.

— Кто еще знал?

— Из нашего окружения? Думаю, никто.

Синтия все плакала и плакала и никак не могла перестать. Из-за смерти Сусаны, из-за того, что их связь стала известна, из-за того, что ее допрашивает полиция, — в общем, причин хватало.

— Откуда эти фотографии? У Сусаны их не было, она бы мне показала.

— Из компьютера Рауля. Расскажи нам о нем.

Прежде чем Синтия ответила, Ческа протянула ей пачку носовых платков.

— Сусана не была влюблена в Рауля, и он тоже не был влюблен в нее. Они собирались пожениться, потому что им обоим это было удобно. У Сусаны была бы свадьба, как Богом завещано, — так она сама говорила.

— А он? А ему зачем?

— А у него свой интерес. Я уверена, что, увидев его квартиру, вы подумали, что он богат, ведь он живет в одном из лучших районов Мадрида, и вы, наверное, решили, что она выходит за него замуж из-за денег. А все совсем наоборот. У отца Сусаны больше денег, чем смогли бы накопить несколько поколений семьи Рауля. Или, по крайней мере, было больше; я думаю, что последние годы оказались для ее родителей тяжелыми.

— Не похоже, что они богаты.

— В жизни многое выглядит не так, как есть на самом деле. Сусана говорила, что после смерти ее сестры жизнь семьи сильно изменилась.