Онлайн книга «Обольстить Минотавра»
|
– Крешкина летопись, – повторила она. – Источник, откуда я взяла цитату. – Вы летописи наизусть знаете? – удивился сыщик. – Нет, конечно. Просто Олег так часто повторял некоторые отрывки, что поневоле запомнила. Знаете, у московских подземелий одна из самых темных историй. Есть тщательно оберегаемые тайны, и эта относится к их числу. – Князь Иван Васильевич – Иван Грозный? – Наверное, – улыбнулась Люся. – Часть лабиринтов и тоннелей созданы при нем. Олег говорил, что подземными ходами в Москве и окрестностях изрыто все: если вы копаете землю и не натыкаетесь на один из них, значит, просто глубина недостаточна. – Копайте глубже! – рассмеялся Всеслав. – Девиз мне подходит! Уварова немного оживилась, охотно поддерживала разговор, шутила. – Давайте оставим машину здесь, – предложила она, увидев детскую площадку. Они вышли под мелко моросящий дождь. Тротуары и газоны были покрыты ковром из опавшей листвы. – Олег дважды приводил меня сюда. А теперь его нет… – Вы заранее договаривались о встрече? – насторожился Смирнов. Неужели «таинственный незнакомец», с которым Хованин собирался увидеться двенадцатого сентября прошлого года у Симонова монастыря, – это Люся? Было бы обидно. – Олег предпочитал экспромты заранее спланированным действиям, – подумав, сказала девушка. – Он жил порывами, не любил оставлять «зарубки» и поступал под влиянием сиюминутных импульсов. – Зарубки? Что это? – Фиксирование себя, своих мыслей, составление программ и расписаний. Даже фотографии он называл ненужными отпечатками на лице времени. Когда ему приходила в голову идея куда-нибудь пойти, он звонил или приезжал, если у меня получалось, мы отправлялись туда вместе. За город, например, на прогулку по реке, в кафе или в клуб «Ахеронт». Если я была занята, Олег не обижался. – Так же спонтанно вы попали и в Симонов монастырь? – уточнил сыщик. – Кажется, да. Это было… весной. Да! Цвели деревья… – А второй раз? – Той же весной. Только чуть позже, в конце мая. Я слишком легко оделась, и он дал мне свою куртку. – Вы точно помните? Может быть, стояла осень? Уварова подняла на него большие грустные глаза. – Не-е-ет, мы приходили сюда весной. Я не могу похвастаться, что мужчины проявляют ко мне интерес. Олег был единственным, кто приглашал меня на прогулки. Эти редкие часы, проведенные с ним, я запомнила хорошо. Он умел рассказывать о Москве, о ее прошлом, как о живом существе. Знаете, как он называл городские подземелья? Утробой, которая вынашивает адские плоды. – Мрачные внутренности большого города, – усмехнулся Смирнов. – Клоаки и трубы, где обитают гномы, оборотни и призраки. Где знаки каббалы красуются на стенах старых тоннелей, а под сырыми сводами преисподней творят свои черные дела служители сатаны. Люся приложила ладони к горящим щекам. – Не понимаю, вы иронизируете или говорите серьезно? – наивно спросила она. – Я и сам не знаю. Зачем Хованин приводил вас сюда? Девушка пожала узкими плечами, ее волосы покрылись мелкими каплями дождя. Сыщик раскрыл над ней предусмотрительно захваченный с собой зонт. – Он не объяснял. Просто показывал мне эти места. Город так разросся! Посмотрите: разве можно представить, что здесь, на обрывистом берегу реки, посреди дубовой рощи стоял монастырь с могучими стенами и башнями, золотыми куполами, величественной колокольней? Он видел нашествие хана Тохтамыша и Куликовскую битву. А преподобный Сергий Радонежский приезжал сюда беседовать с иноками… |