Книга Обольстить Минотавра, страница 44 – Наталья Солнцева

Сыщик еще поболтал с ними для вида и попрощался. Выбравшись из подвального помещения наверх, он с удовольствием вдохнул воздух с запахом палой листвы.

Итак, в его скудном списке появилась некая Люся Уварова.

– Что я смогу извлечь из ее знакомства с Олегом? – прошептал он, шагая к машине.

* * *

Москва. Десять месяцев тому назад

На церемонии бракосочетания Владимира и Феодоры присутствовали только самые близкие. Супруги Рябовы, родители невесты, чувствовали себя не в своей тарелке. Они боязливо уселись в черный «Мерседес» и за всю дорогу не проронили ни слова. От венчания молодые отказались, что существенно упростило процедуру обретения статуса мужа и жены.

Александра Гавриловна Корнеева старалась не смотреть на невестку. Петру Даниловичу, как ни странно, пришелся по душе выбор, сделанный сыном. Он даже не ожидал такого. Феодора, в строгом кремовом платье классического покроя, с изысканным колье на точеной шее, с забранными вверх волосами, была очаровательна. Она ничем не напоминала беспутных смазливых девиц, которыми раньше окружал себя Владимир. Длинные ноги и юная гладкость кожи не гарантируют счастливой семейной жизни. А сыну Корнеева как раз не хватало рассудительной, спокойной мудрости, зрелой снисходительности и терпения, выработанного опытом.

Корнеев-старший преподнес невестке в подарок ожерелье с опалом удивительной красоты: камень таил в глубине мерцающий красноватый свет, а по краям отливал розовым и голубым.

– Супруге Наполеона Жозефине принадлежал изумительный опал «Пожар Трои», – сказал Петр Данилович. – А этот будет вашим. Я купил его на аукционе в Сиднее и назвал «Жар любви». Может быть, мое название не столь изысканно, но отвечает ситуации.

Свекор произвел на Феодору двоякое впечатление: он оказался не таким старым и дряхлым, как она надеялась; его подарок, галантность и нескрываемая симпатия понравились ей. Новоиспеченная госпожа Корнеева увидела, что вместо богатого самодура перед ней – умный, благородный и сильный человек, которого будет не просто спровадить в мир иной, дабы завладеть его миллионами.

Отметить знаменательное событие, женитьбу сына, Корнеевы решили в элегантном дорогом ресторане. Супруги Рябовы извинились и, сославшись на нездоровье, уехали домой, как строго-настрого приказала им дочь. Не хватало им опозориться перед новой родней, демонстрируя полное отсутствие светского воспитания и элементарное неумение пользоваться ножом и вилкой! Да и неуемная страсть Евграфа Рябова к спиртным напиткам могла испортить весь изысканный праздник.

Владимир заказал зал ресторана целиком, чтобы посторонние не мешали семейному времяпрепровождению. На сцене расположились музыканты, инструментальное трио: скрипка, виолончель и рояль. Сервировка стола поразила Феодору: цветы, скатерть, посуда выше всяких похвал. Закуски и горячие блюда, вина, фрукты и сласти не уступали роскоши интерьера и звукам классической музыки.

– Это папа́ постарался, – с ударением на французский манер шепнул Феодоре супруг. – У него старомодный вкус. Я не стал возражать, чтобы не расстраивать старика.

«Не такой уж он и старик, – подумала она. – А вкус у него превосходный».

Романтичная музыка Вивальди и Моцарта пробуждала неясные, томительные чувства, Феодора и не подозревала, что они таятся в ее душе. Подчиняясь внутреннему импульсу, она достала из футляра ожерелье с опалом и надела его поверх золотого колье. Камень приятно лег на грудь. В глазах свекра мелькнули удовольствие и признательность.