Книга Смертельный псевдоним, страница 98 – Наталья Солнцева

Старики, кажется, поверили. Обрадовались. Самим-то за границей ни разу в жизни побывать не довелось, пусть хоть Ева полюбуется хваленой Европой.

– Дай бог! Дай бог! – сказала напоследок мама. – Я вам, детки, желаю счастья. Совет да любовь, как говорится. Звоните, не забывайте. А Еве от нас передавайте привет. Она у нас одна, как солнышко на небе!

После этого звонка Всеслав совсем загрустил. Выходит, Ева ему доверилась, а он ее не уберег. Правильно, что она за него замуж выходить не торопится. Какой из него защитник оказался? Какая надежда и опора? Пока чужими проблемами занимался, что-то рядом с собой проморгал, не заметил. Хоть звонки те же, о которых Ева ему говорила. А он… Эх, что теперь сожалеть да каяться, посыпать голову пеплом? Действовать надо! Искать!

«Если мое предположение верно и Еву похитили, то с какой целью? – думал Смирнов. – Родители ее не такие люди, чтобы на них воздействовать. Денег у них нет, к государственным и прочим тайнам они отношения не имеют. К политике тоже. Остается… О черт, черт! Только не это!»

Как ни крути, а получается, что Ева пострадала из-за него, Смирнова. Каким-то образом она оказалась замешана в делах, которые он ведет. Вернее, в деле Адамова! Теперь от него будут чего-то требовать. Ну, ясно, чего – прекращения расследования. Значит, он на правильном пути! Потребовали же восемь лет назад от участкового врача Якушкина замять истинные причины смерти Елены Адамовой? Теперь пришла очередь Смирнова отступиться от знаменитого хирурга.

– Я напал на след, который может привести… может привести… – бормотал сыщик. – Черт его знает, куда он может привести! Похититель явно преувеличивает мои способности. Однако, ведь Адамов сам нанял меня для расследования обстоятельств гибели Садыковой? Что-то одно с другим не вяжется.

Тут мысли Всеслава начинали путаться. Он был весьма далек от раскрытия убийства в клинике пластической хирургии. Тогда что же? Убийство в Горелове? Тем более он был далек от раскрытия убийства Раисы Крюковой. И даже начал сомневаться, совершены ли они одним и тем же лицом.

То, что рассказал ему во время последней беседы Лев Назарович, частично проливало свет на происходящее. Но этот лучик света был столь тонким и слабым, его почти не существовало. Это если Адамов говорил правду. А если он лгал, причем намеренно?

Почему тот, кто однажды уже выручил доктора, теперь бросил его на произвол судьбы? Потому что «милосердное» убийство Елены легче было прикрыть, чем зверскую расправу над молоденькой медсестрой? А как быть с Крюковой? Куда вписать ее гибель? В раздел случайностей или в чей-то дьявольский расклад, который не поддается логике?

Запутавшись, Всеслав возвращался к исходной мысли. Зачем похитили Еву? Чего от него теперь будут требовать? Ясно, что не денег. Информацию? Какую? О чем? Он сам блуждает впотьмах, как слепец без поводыря.

Впрочем, ему до сих пор никто не звонил и ничего не сообщал. Похититель затаился, он выжидал. Нельзя же считать шантажом тот немой звонок? Звонить и молчать – не самый лучший способ достичь цели.

Так или иначе, поразмыслив над находкой Игоря Бокова, над «исповедью» хирурга Адамова и прочими фактами, Смирнов решил съездить в Горелово и более обстоятельно поговорить с мужем убитой женщины.