Книга Смертельный псевдоним, страница 48 – Наталья Солнцева

«У меня никогда не будет таких ног, – подумала Ася. – И такой мужчина, как отец, никогда не будет обнимать меня в свете луны». Она пожирала происходящее не только глазами, но всем своим существом, наполняясь неосознаваемой страстью, завистью и отчаянием.

С той ночи ее ненависть к Кристине приобрела оттенок ревнивого сожаления. Мачеха была виновата в том, что Ася не так красива, не так полна жизни, как ей хотелось бы. И еще в том, что Елена, родная мама Аси, умерла, а эта чужая, веселая, нахальная тетка заняла ее место.

– Ну, теперь-то тебе не до улыбок! – злорадно прошептала девочка.

Задумавшись, она поскользнулась, потеряла равновесие и чудом удержалась на ногах, благодаря прохожему, который вовремя подхватил ее под локоток.

– О чем замечталась, голубушка? – ласково спросил Смирнов. – Тебя Асей зовут?

– А вы откуда знаете?

Он махнул рукой в сторону подъезда, где у лавочки курил долговязый подросток. Возле него крутился здоровенный сенбернар.

– Мне во-о-он тот паренек подсказал, сосед твой.

Ася спохватилась, отпрянула. И отец, и Кристина постоянно твердили ей, что заговаривать на улице с незнакомыми мужчинами крайне опасно.

– Вы кто?

– Сыщик, – с улыбкой ответил Всеслав. – Поговорить с тобой хочу. Ты не против?

– Сыщик?! – глаза Аси вспыхнули и стали огромными. – Из полиции?

– Не совсем. Я расследую убийство медсестры, с которой работал твой отец. У него возникли проблемы.

– У папы?

Ася совершенно не умела общаться, она переспрашивала, вместо того, чтобы отвечать. Такая манера разговаривать выглядела нелепо.

– Да, – кивнул Смирнов. – Лев Назарович может оказаться подозреваемым.

Дочь Адамова бросила на него взгляд затравленного зверька.

– Вы хотите сказать… папу посадят в тюрьму?

– Пока нет. Ты согласна помочь мне во всем разобраться?

– Но я ничего не знаю! Папа ни разу не брал меня на работу! – Она была близка к истерике. – Я ничего не знаю!

– Можешь ответить на некоторые вопросы? – располагающе улыбнулся сыщик.

Доктор Адамов предупреждал его, что Ася нервная, и не преувеличил. Она побледнела, задрожала, раскашлялась.

Если бы Ася не растерялась так, этот мужчина понравился бы ей – крупный, сильный, уверенный в себе, с правильными чертами лица, хорошо одетый. И главное – он уважительно обращался с ней: улыбался, держал под руку, чтобы она не упала.

– У меня нога подворачивается, – объяснила девочка. – В детстве был вывих, и теперь сустав частенько подводит.

– Бывает. Не расстраивайся!

Ася опять закашлялась, окончательно смутилась.

– Извините, – сказала она, доставая из кармана носовой платок и прикладывая его к губам. – У меня бронхит. Вас не отталкивает, когда люди кашляют?

– Сейчас многие простужены. Я не обращаю на это внимания.

– Задавайте свои вопросы, – милостиво разрешила девочка.

Смирнов подумал, что напоминать ей о смерти матери будет жестоко, и начал издалека.

– Твой папа часто дежурит в клинике по ночам?

– Редко, – после некоторого раздумья ответила Ася. – Я не люблю, когда он уезжает в командировки или уходит на дежурство. Когда папы нет дома, я не могу спать. У меня вообще плохой сон. Кристина дает мне снотворные таблетки, но я не всегда их принимаю.

– А что ты с ними делаешь?

– Выбрасываю. Тайком, чтобы она не видела.

– Почему? – удивился Всеслав.

– Мама тоже пила много таблеток, а потом… умерла.