Онлайн книга «Смертельный псевдоним»
|
К этой версии, как ни изощряйся, не пришьешь убитого Константина Марченко, актера театра «Неоглобус». Вообще наметившаяся связь между этими, казалось бы, далекими друг от друга смертями сбивала Всеслава с толку. Маньяк убивал женщин, а Константин – мужчина. Судя по всему, убийца обыскал тело актера и забрал его телефон. Почему? Кстати… Сыщик поспешно набрал номер Марины Марченко. – Еще один странный вопрос журналиста, – представившись, сказал Смирнов. – Ваш брат не делал пластическую операцию? – Костя? – удивилась девушка. – Зачем? Он был доволен своей внешностью. И потом, такая операция ужасно дорого стоит. Мы собирали деньги для меня. – Спасибо, я, в общем, так и думал. Решил на всякий случай уточнить. А фамилия Адамов вам знакома? Может быть, брат ее упоминал в разговоре? Марина подумала, прерывисто дыша в трубку. – Нет, – твердо ответила она. – Адамов… фамилия звучная, я бы запомнила. – Извините, – вздохнул Всеслав. Он и не рассчитывал на успех, это было бы слишком просто. «Ты же любишь головоломки! – ехидно поддел его внутренний голос. – Развлекайся!» Пожалуй, стоит поговорить с Адамовыми, по отдельности с Кристиной и Львом Назаровичем, не откладывая, подумал сыщик. Позвонил. Трубку взял доктор. – У меня к вам пара вопросов. – Опять? – откровенно удивился Адамов. – Ладно, приезжайте. – Вы дома один? Хирург усмехнулся. – Боитесь, зарежу? Зря. С вами не просто справиться такому пожилому больному человеку, как я. – Не прибедняйтесь, Лев Назарович, вы еще мужчина хоть куда! – Я вас жду. Будьте спокойны, в квартире, кроме меня, есть моя жена и Анфиса. Ася ушла в гимназию. Через полчаса сыщик сидел и пил чай в домашнем кабинете Адамова. Кристина с домработницей хлопотали на кухне. – Ну-с, задавайте свои каверзные вопросы, – нетерпеливо вздохнул хозяин. – Только потише. У нас в семье и так не все гладко. – Понимаю. – Гость сам был заинтересован, чтобы их разговор никто не слышал. – Вы знакомы с Константином Марченко? – Нет. Что-нибудь случилось с его женой, и вы решили… – Подумайте хорошенько, – перебил его Всеслав. – Не знаю я такого человека. – Допустим. А в театр вы ходите? Доктор изображал вынужденное смирение. Он не дергался, не возмущался, терпеливо выслушивал вопрос, выдерживал пристойную паузу и отвечал. – Весьма редко, – признался он. – Предпочитаю шумным зрелищам телевизор. Одеваться в костюм и галстук, сидеть где-то несколько часов, наблюдать плохую игру и хлопать в ладоши – не по мне. Супруга даже обижается, что мы не ведем светский образ жизни. Но это ее проблемы, – жестковато заключил Адамов. – Театр «Неоглобус» – вам ни о чем не говорит сие название? Хирург пожал плечами. – Н-нет… хотя постойте… как вы сказали? «Неоглобус»? Что-то припоминаю… Черт, склероз, наверное, развивается. «Неоглобус»… «Нео…» Ах, да! Лялечка покойная предлагала как-то раз пойти на премьеру модной английской пьесы. У нее и билеты были, какой-то знакомый презентовал. Но я отказался. – Почему? – Неужели не понятно? – вышел из роли смиренника Адамов. – Появиться с ней на виду, на людях, я не мог! Такие вещи не выставляются на всеобщее обозрение. У меня жена, семья, репутация, наконец. – Как Садыкова восприняла ваш отказ? Обиделась, рассердилась? – Что вы! На востоке женщин с детства приучают сдерживать свои чувства. Ляля тогда предложила мне пойти в театр с Кристиной. |