Книга Цветы пустыни, страница 136 – Влада Ольховская

Покойник, которого Гарик обнаружил в захламленной однокомнатной квартире, источником такой вони стать не мог, он скончался недавно. И суток, пожалуй, не прошло… Человек этот, в строгом костюме из итальянской шерсти, с дорогими часами на руке, выглядел слишком странно, слишком неуместно в притоне алкашей. Такой сюда зайти не должен был, не то что умереть на загаженном ковре!

И тем не менее, он был здесь. Определенно не один из братьев Яковлевых. Молодой мужчина, который полиции наверняка показался абсолютным незнакомцем – и которого Гарик узнал за секунду.

Стоя в покинутом убежище убийц, профайлер сосредоточился лишь на одном вопросе: как сюда попал труп психолога Павла Усова?

Вера умела принимать гостей – но Вера вообще все умела. Сначала Николай удивлялся этому, потом привык, но восхищаться не перестал. Умение восхищаться человеком, с которым делишь жизнь, – лучшее противоядие от рутины.

Его жена всегда тонко чувствовала, какой прием подходит для очередного гостя. Иногда она заваривала крепкий чай и доставала английский фарфор. Иногда сама готовила лимонад и накрывала на открытой террасе. Иногда с вечера оставляла мариноваться мясо для шашлыков. Сегодня настал черед кофе и коньяка.

Они встретились в светлой гостиной – у французского окна с видом на сад. Поскольку есть ни Николай, ни его гость не собирались, Вера сервировала для них журнальный столик между креслами. А потом ушла: она знала, что может присутствовать при любом разговоре, муж никогда ее не прогонит. Просто некоторые беседы ей и самой не хотелось слушать, и сейчас был как раз такой случай.

Первое время они молчали, потягивая кофе. Николай понятия не имел, о чем размышлял в этот момент его гость. Сам же Форсов думал о времени.

Роскошная светлая гостиная перед его глазами вдруг сменилась маленьким тесным кабинетом. Стол завален таким слоем небрежно сваленных бумаг, что столешницу уже не видно. Воздух густой и тяжелый от дыма дешевых сигарет, дышать тяжело, глаза щиплет. Это никого по-настоящему не отвлекает. Молодой Николай Форсов пытается доказать чертовски упрямому молодому следователю Юрию Рудову, что череда явных улик, оставленных серийным убийцей – ловушка. Просто попытка выиграть немного времени на побег. Нужно поверить указаниям молодого психолога, даже если он новичок в расследованиях и толковой репутации у него нет. Потому что это все не важно. Потому что, если ему не поверить, зверь, который насиловал и душил женщин, уйдет. Он останется без наказания, а десятки семей жертв – без ответов на такие сложные вопросы…

Следователь кричит в ответ, что это бред и дела так не делаются. Начальство его не поймет, если он потерпит неудачу, его уволят. Форсов в ответ указывает, что он все равно останется жив, а тех женщин уже не вернуть. Они смотрят друг на друга с одинаковым гневом. Рудов тогда еще крепкий, загорелый, рыжий – будто специально под стать своей фамилии. Николай двигается легко, быстро, энергии в нем слишком много, ее нужно как-то выпустить. До диализа остается несколько десятилетий, о нем молодой психолог даже не задумывается.

Они спорят час. Они практически ненавидят друг друга, они готовы драться. А потом Рудов все-таки рискует, отдает совсем не тот приказ, которого ожидало его начальство. Они ставят на кон все – и выигрывают. Судьба умеет щедро платить тем, кто способен рисковать. Убийца пойман. Рудов начал карьеру блестяще. У репутации Форсова появляется крепкое, готовое многое выдержать основание.