Книга Дожить до весны, страница 92 – Влада Ольховская

К моменту, когда Матвей добрался туда, причину отравления уже определили, но даже если бы нет, он бы и так разобрался – вонь проникала на улицу, и никакой весенний ветер не мог с ней справиться.

– Не знал бы, что случилось, подумал бы, что на них опрокинули гигантский бассейн, – проворчал Гарик.

– Это газообразный хлор, – пояснил Матвей. – Думаю, изначально сюда он не дотягивался. Скорее всего, сейчас в здании запустили продув, чтобы очистить замкнутое пространство. Постарайтесь глубоко не вдыхать, хотя он не так опасен на улице, как внутри.

– Никогда не думала, что обычная хлорка может привести к такому, – поежилась Таиса.

– Потому что обычная хлорка и не может.

– Иначе уборщицам было бы намного проще мстить за «Куда по помытому?!», – хмыкнул Гарик.

Матвей не настаивал на том, чтобы их провели на место преступления, в этом не было большого смысла: он уступает экспертам-криминалистам и вряд ли заметит больше, чем они. К тому же, он без труда представил, насколько там сейчас гнетущая обстановка. Воздействие хлорного газа серьезно влияет на глаза – они горят, слезятся, у кого-то опухают веки, а особо высокая концентрация может привести к слепоте, если повезет – временной. Это плохо при любых обстоятельствах, а уж в лабиринте зеркал – плохо вдвойне. Насколько было известно Матвею, многие подростки получили серьезные травмы, порезавшись осколками.

Среди других симптомов – рвота и отек легких, так что… Нет, туда лучше не соваться без острой необходимости. Куда больше Матвея интересовали записи камер наблюдения.

Многие посетители думали, что этих камер вообще нет – просто потому, что не видели их. Людям почему-то не приходило в голову, что объективы могут скрываться за зеркалами, потому что зеркала эти непрозрачные лишь с одной стороны. Полиция уже получила копию записей, теперь профайлерам позволили устроиться в кабинете охраны и все просмотреть.

Изображение камеры давали отличное, и можно было различить, как дети добрались до лабиринта, как рассыпались по зеркальным коридорам, делая фото и видео. Звук камеры не записывали, однако он и не требовался.

– Она нервничала с самого начала, – заметила Таиса, не отрывавшая напряженного взгляда от экрана.

Матвей лишь кивнул, большее подтверждение он считал избыточным, все и так было на виду. Учительница, крупная женщина средних лет, и правда держалась нервно, обеими руками прижимала к себе большую дамскую сумку, постоянно оборачивалась по сторонам. Ее нервозность лишь увеличилась, когда она добралась до турникетов, она определенно боялась обыска.

Охране следовало бы обратить внимание на ее странное поведение – но его проигнорировали. Матвей на месте организатора преступления тоже предугадал бы, что так будет. Ну да, большая сумка. Так ведь и тетка большая! Что ей, с косметичкой ходить? А что орет на детей постоянно, так с толпой подростков сложно вести себя иначе. Поведение и логика охранников легко просчитывались.

– Как там ее звали? – спросил Гарик.

– Наталья Дубинина, – подсказала Таиса.

– М-да… подходяще.

– Эй, побольше уважения, она же умерла!

– Она чуть не утащила за собой и кучку детишек. Пожалуй, я приберегу уважение до более подходящего случая.

На этот раз, в отличие от случая с Алексеем Прокоповым, виновника трагедии никто не подменял, учительница все сделала сама. Только вот вряд ли она знала, что именно последует за ее действиями… Она не хотела умирать – и убивать тоже не хотела. Ее наверняка убедили, что это будет какая-нибудь мелкая пакость, может, даже объяснили, для чего такое нужно… Или не объяснили ничего, а просто заставили так поступить.