Книга В объятиях (с)нежного человека, страница 14 – Лия Седая

И я выдохнула томно. Потянулась как кошка, ощущая влияние самца.

— Какая ты, — вдруг бархатистым низким голосом похвалил он меня. Опустил руку ниже, чуть сжал шею. — Сладкая девочка. Отважная. И… вся в моей власти.

И я очнулась.

Дрема спала, а вместе с ней и все очарование Йети.

— Пусти!

— Испугалась? Зря.

— Пусти, говорю! — задергалась я под ним. Паника накрыла с головой.

— Не бойся, малыш. Я просто тебя хочу…

Моя истерика закончилась уже минут через пять.

Как только он схватил меня за плечи, встряхнул и прорычал, что я идиотка. Речь шла о его желании отправить меня помыться.

— Мыться? — пролепетала я, вися в его руках.

— Блядь, да! Перевязываться надо на чистое тело!

Я покраснела.

И разозлилась.

Намекать женщине, что она грязная? От меня что, пахнет?

Сразу сказал бы нормально, придурок!

И тут же сникла. Не могу больше. Нервы ни к черту. Сколько раз за эти два дня я могла погибнуть?

Пусть делает, как считает нужным. Пусть вообще делает со мной, что хочет. Благодаря ему я все еще дышу и надеюсь вернуться домой.

Живой.

За маленькой дверкой обнаружилось небольшое помещение с отдельной печкой и ведрами на ней. Прибитая к стене лавочка с тазом, яма под ней для слива воды. Мыло, обернутое в бумагу. Полотенце на вбитом в стену гвоздике.

Воздух был жарким и влажным. Пахло мокрым деревом и хвоей.

— Это баня?

— Не видела никогда, что ли?

Я замотала головой.

Где бы я ее увидела? Я городской человек, профессорская дочка. Меня мама даже на практику в «поля» никогда не выпускала. Я ботаник-теоретик, как и отец, как и Славка.

— Раздевайся, одежду сюда клади.

Я хмуро посмотрела на узкую табуреточку в уголке. Потом на Яра.

— Выйди.

— Что? — мужчина уже стягивал с себя футболку и замер от неожиданности.

— Выйди! Я при тебе раздеваться не буду!

Йети горестно вздохнул. Стащил все же через голову одежду, упер руки в бедра и встал напротив.

— Я топлю баню раз в неделю. И очень недолго. Если ты не хочешь мыться — хер с тобой. Если воспалится твоя рана — хер с тобой. Уговаривать больше не буду, ясно?

Отвернулся и спокойно стащил с себя брюки и трусы.

Уткнувшись спиной в стену, я смотрела на этот внезапный стриптиз круглыми глазами.

Да уж, жениху моему далеко до такой красоты.

Поджарое тренированное тело двигалось в завесе пара быстро и уверенно. В таз полилась вода, брызги разлетелись веером. Окатив себя горячей водой, Яр удовлетворенно выдохнул.

Повернулся ко мне, глядя в глаза.

И я не стала отводить взгляд. Что угодно, лишь бы не смотреть вниз. Как же стыдно!

Но это помогло мало.

Мокрая кожа. Играющие от каждого движения мускулы.

Ходячий тестостероновый разврат, а не мужик!

— Сколько тебе лет, малыш? — вдруг хрипло спросил Яр.

— Двадцать три.

Говорить было сложно, горло словно перехватило.

— Ты говорила, вроде жених у тебя есть?

Я только кивнула в ответ.

— Значит, член ты уже видела и даже знакомилась с ним. Так чего морозишься как целка?

Он был прав, да. Кругом прав.

Условия у нас сейчас такие. Тут лишь бы выжить, не до смущения.

И его слова про воспаление в ране не выходили у меня из головы. Что, если правда?

Только этого мне не хватало!

Мужчина шагнул вплотную ко мне. Сильные пальцы потянули вниз собачку на кофте, расстегивая.

Медленно, осторожно. Словно боясь меня вспугнуть.

Я смотрела ему в глаза, боясь оторвать взгляд. Замерла, покоряясь неизбежному. Мы же только вымоемся, да?