Книга Там, где тишина, страница 93 – Эллиот Харпер

– Не больше, чем ты, радость моя, – процедила Билли, придерживая хвосты шнурка свободной рукой. – И можешь не бросаться угрозами и не рассказывать, какие люди стоят за тобой. Твое положение сейчас довольно шаткое, а руководство «Эль-Кастильо» любезно попросило тебя держаться подальше некоторое время. Откуда я об этом знаю? Вот такой у меня уровень полномочий и доступа. – Билли дернула шнурок на себя, остановив Шермана от повторных попыток вырваться. – Люди, которые стоят за мной, хотят знать, как ты помог Андерсону и где он находится. Расскажешь – выживешь и будешь свободен. Решишь молчать – получишь одну пулю под ребра, вторую – в живот, третью – в пах. Умирать будешь медленно и жалко. Никто не придет тебе на помощь. Все понял? – Билли прижала пистолет к боку Кристофера. – Теперь положи руки на руль и начинай рассказывать все, что вы обсуждали с Андерсоном. И выдай что-нибудь поубедительнее той воды, которую ты вылил на своей исповеди в «Эль-Кастильо» несколько дней назад. Если ты все еще сомневаешься, вот тебе одно из особо заинтересованных лиц – но заинтересованных не в твоейбезопасности.

Билли придвинулась и произнесла рядом с Шерманом имя человека, который однажды подарил ей статус неприкосновенности и которого боялась бо́льшая часть подпольного мира. Она не хотела доводить до этого и пользоваться запрещенной картой, но только так могла всерьез припугнуть адвоката.

– Ладно! Я расскажу! – крикнул Шерман и схватился за руль. – Но я не знаю, где Андерсон! Я не видел его после передачи денег!

– Что ты отдал ему в ночь, когда погибли те девушки? – Билли выждала долгую паузу и вновь дернула шнурок. – Ну! Отвечай!

– Это был наркотик! Он просил найти что-нибудь, что вызывает эйфорию и спутанность сознания, и я… я дал ему сваровски!

– Что? – Билли нахмурилась, начиная потеть под кепкой и маской. – Сваровски?

– Новый… н-наркотик, внешне похож на кристаллы или… ну… бриллианты. – Шерман поерзал на сиденье. – В основном его используют, чтобы… чтобы накачивать девушек и вывозить их за границу. Но его сложно достать, потому что он не оставляет следов в организме. Тем и популярен.

– Ах, этотсваровски, – с деланым пониманием отозвалась Билли, не зная ни о чем подобном. – Он сказал, зачем ему сваровски?

– Нет, я… я не знаю, я правда ничего не знаю!

– Прекрати кормить меня чушью! – Билли дернула шнур. – Из-за тебя, козла, две девушки умирали в течение нескольких часов, попав в лапы этого ублюдка! Он пытал их, бил, резал, мучил всеми возможными способами – и все из-за тебя! Если бы на их месте оказалась твоя младшая сестра – что бы ты тогда сказал, Крис? А? Да, вы почти не общаетесь, но представь, каково это – оказаться на месте человека, чью дочь или сестру замучили до смерти, утопив в крови? Тебе все еще кажется, что тебя это не касается, да? Все еще кажется?! – Билли в ярости натянула шурок так сильно, что Шерман захрипел и сдавленно всхлипнул. Понимая, что может перегнуть палку, она ослабила захват. – Прямо сейчас этот ублюдок ходит по улицам Чикаго, выбирает случайную жертву и превращает последние часы ее жизни в настоящий ад! Если ты думаешь, что его заботит пол, возраст, связи или положение в обществе, то спешу тебя заверить: это не так. Ты, сволочь, подарил ему свободу! И только из-за тебя все люди, включая твоих близких, находятся в большой опасности! Ты помог выйти ему, это твоя вина! Поэтому открывай рот и начинай говорить. Я хочу знать, что вы обсуждали за все время вашего общения, и особенно после его бегства из-под залога.