Книга Игра, страница 131 – Ян Бэк

Его ярость перевешивала страх. Он заслуживал любого наказания. Только надеялся, что все закончится быстро. Без лишних мук, без боли. Просто умереть. Он молился, чтобы ему оказали эту последнюю милость.

Кракауэр выдал Мирьям Рютгерс ее убийце. Тот отсек конечности от ее живого тела электрической пилой. Не просто пальцы, а руку и ногу, слушал ее крики, видел, как она истекала кровью, а когда все закончилось, спокойно сделал фотографии.

Мужчина снова уловил какую-то перемену. Воздуха явно стало больше. Он откашлялся, акустика тоже была другая, не глухая, поглощаемая бархатом, а звонкая, как в большом зале. Вокруг что-то шуршало, как на автобане, но несколько четче.

«Дождь?»– предположил он.

Он напряг мышцы живота, хотел попытаться сесть и тут только заметил кое-что еще: его руки были связаны вместе за запястья, так сильно, что он не мог бы их развести и на миллиметр. Можно попытаться привстать боком – так он в итоге и поступил. Со второго толчка ему удалось сесть. Крышка отсутствовала, пространство вокруг было свободным. И кислород. Кислорода было вдоволь. Скоро он совсем придет в себя.

Он попробовал идентифицировать обстановку, но кромешная темень мешала это сделать.

– Эй? – крикнул он. Никакой реакции. Однако эхо позволяло предположить, что он и впрямь в каком-то большом помещении. В церкви?

Связанными руками пощупал справа и слева и выяснил, что он все еще в гробу, только в открытом. Надо попытаться вылезти. Зацепив пальцами боковую стенку, он подтянулся. Удалось встать на колени, однако ноги тоже оказались связанными. Неважно. Как-нибудь да он справится. Он с трудом поднялся на ноги. И сразу пожалел об этом из-за головокружения. Почему было не попытаться выбраться из гроба на четвереньках? Ему опять хотелось сесть, но теперь уже поздно, он уже потерял равновесие. Хотел было сделать шаг вперед – что со связанными ногами было невозможно – и перевалился через край. Слава богу, смягчил падение при помощи рук, но в левой ноге что-то сместилось и одновременно хрустнуло. Тут же заломило колено. Кракауэр лежал на животе и стонал, не в силах двинуться.

Он услышал шаги. Медленные шаги. Повернул голову на звук, но все было черно.

Изменилось это разом, когда зажегся карманный фонарик. В глаза ударил резкий свет.

– Прошу вас! – взмолился он. – Что вы от меня хотите?

– Увидишь, когда придет время.

Этот голос. Эта непостижимая безмятежность. Кракауэра прошиб озноб.

– Где я? Почему вы это делаете? Что хотите?

– О, я много чего хочу. Кучу всего, и очень скоро. Но всему свое время.

Кракауэра схватили под мышки и подняли. Потащили по полу назад, ноги его волочились. Он попробовал что-то разглядеть в пучке света от фонарика, но понял не особо много. Нет, это не церковь. Он находился в помещении с бетонным полом. По углам стояли какие-то предметы, забранные темной тканью. По полу тянулись кабельные жгуты. На стенах вроде бы угадывался темный декор, с потолка свисали лампы, в четырех-пяти метрах над ними. Это был зал, каких тысячи.

– Так, мы почти у цели, – прошептал человек и приставил Кракауэра животом к колонне.

Свет погас. Кракауэр услышал, как кто-то другой разматывает с рулона клейкую ленту и приклеивает его к колонне, все туже и туже, пока он едва смог дышать.

– Что вы хотите? – сдавленно проговорил он.