Книга Хозяюшка Покровской крепости. Книга 2, страница 49 – Талия Осова

Мы всё-таки обсудили с купцом вопрос по обучению девушек рукоделию. Он для серьёзного разговора пригласил меня к себе в кабинет, пока Надежда Филиповна провожала сыновей на учёбу и затем занималась дочерью. Письмо, которое дал мне опекун, я вручила ему лично в руки как раз до трапезы.

Кабинет главы семейства был очень уютным, хотя и обставлен по-деловому и ничего лишнего не включал: массивный стол и удобныекресла для посетителей, книжные шкафы со множеством книг в плотных переплётах, приватный уголок с диванчиком у самого окна и просто огромный сейф в углу у самого входа, скрытый от глаз специальной перегородкой.

Я раскрыла перед собой записи с перечнем культур и сроков их посева. В этот раз я прихватила с собой гораздо больше сортов и видов растений, чем мы отправляли впервые в Тобольский гарнизон, а с вечера достала из кошачьего короба и мешочки и мелкими клубеньками картофеля. Всё доехало в целости и сохранности. Мои коты в дороге служили живыми грелками для сохранности посадочного материала. В пути они лежали на подушечках с запрятанным внутри картофелем, а на ночь мы короб заносили в помещение. Это был мой небольшой секрет на случай, если основной посадочный материал вовремя не прибудет. С наступлением устойчивой плюсовой температуры с Покровской нам обещались отправить два мешка семенного картофеля — по мешку каждого сорта.

Как бы ни ворчал Макар Лукич на расточительность нашего коменданта, но Иван Фёдорович был готов выполнить обещание с лёгким сердцем. Себя мы уже несколько лет могли обеспечить этим овощем в полном объёме, а деревенские платили им ещё и часть оброка. Еленка Кузьмина и Ольга Шило пообещали мне продолжать собирать семена картофеля на своих огородах, чтобы периодически обновлять посадочный материал. Девочки в этом хорошо поднаторели.

«Жаль, что не у всех деревенских есть возможность пойти учиться. Даже, несмотря на образовательные реформы, не каждый хочет отправить ребёнка на учёбу в город. Слишком крепки в умах людей старые стереотипы о месте женщины в обществе»,— не раз мучила меня эта мысль.

Договор о моём наставничестве над рукодельницами купцом будет составлен и отправлен с нарочным на подпись моему опекуну, а мне хотелось прояснить вопрос с моим удочерением. Я совсем не предполагала, что вместо оформления опеки меня ещё и официально удочерят. Это давало мне больше шансов и относительной свободы, но было немного обидно, что о таком важном факте Иван Фёдорович умолчал. В Покровской крепости я не знала отказа ни в чём, мне даже вручались деньги за моё рукоделие в полном объёме. Хотя я совсем не ожидала, что можно выручить такие большие суммы. Вроде и Калашникова обидеть не хотелось своим недоверием и непониманием, но и вопростребовалось прояснить.

«Может не спешить и переговорить при случае с глазу на глаз?— мучилась сомнением. - Плохого мне Иван Фёдорович ничего не делал. Он даже был влюблён в маму Машеньки. Так, может, из-за этих чувств и удочерил ребёнка?».

- У нас хорошая школа для речного и морского флота. Не хуже, чем при Адмиралтействе в Санкт-Петербурге, — с гордостью рассказывал хозяин. - Северный морской путь до столицы и всю речную навигацию курсанты проходят с лёгкостью до самого Чертового городища ( укреплённое поселение чатских татар XVI—XVIII веков, где располагалась древняя крепость). Там же в школе учат геодезии, праву и готовят кадры для дипломатических и торговых отношений с соседними государствами. Санька как раз на дипломата пойдёт дальше учиться.