Книга Камеристка, страница 91 – Дина Зарубина

— Рута, чего ты хочешь? Между нами не было близких отношений, не думаю, что мы сможем подружиться теперь.

— Да к демонам твою дружбу! Забери меня отсюда! — Она с силой вцепилась в рукава персикового платья. — Забери!

— Как ты себе это представляешь? Ты беременна! Кстати, как барон воспринял появление наследника? — я с трудом отцепила ее руки от атласа.

— Как? Он гонял меня в одной сорочке по всему замку арапником[2]! Орал, что отдаст свои солдатам! — закричала Рута.

Как же так? Рута не смогла его обмануть? Или граф точно знал о своем бесплодии? Не повезло сестрице. Граф отказался носить рога и воспитывать ублюдка.

— Это ты виновата, ты бросила меня! Граф был в жуткой ярости, застав меня спящей!

— Прости, дорогая. Но вариант прожить жизнь твой служанкой меня совершенно не устраивал. Сейчас я сопровождаю к жениху принцессу Манкоя, как видишь. — Я жеманным жестом поправила прическу. — Вы с мачехой просчитались. Не все пошло так как вам хотелось, это бывает.

— Как ты смогла обойти клятву, данную в храме? — зрачки Руты расширились, она тяжело дышала. — Ведьма! Ведьма! Подлая дрянь! Стража, сюда! Убивают! Помогите!

В гостиную с топотом ворвалась стража.

— Схватите ее! Ведьма пыталась применить ко мне злые чары! — Рута указала на меняпальчиком. Определенно, муж ее не бил. Пугал разве что. Забитые и сломленные так не визжат. Не злорадствуют, не горят жестоким торжеством.

— Только попробуйте меня тронуть! Я состою при дипломатической миссии при принцессе Манкоя, любые обвинения выслушает граф Гарбон, как полномочный королевский представитель! Пошлите за ним немедленно!

Протянутые руки опустились.

— Я приказываю схватить ее! — завизжала Рута, топая ногами.

[1] Секанжабин — сочетание воды, уксуса и сахара.

[2] Арапник (арапельник) — охотничий кнут, применялся в псовой охоте для хлопанья и порсканья зайцев. Состоит из кнутовища с темляком (петлей для руки), навоя и хвоста в виде тонкого ремешка.

Однако, в комнату вместо графа Гарбона, раздавая тычки и затрещины, влетел граф Левенгро.

— Опять верещишь? — Взревел он. — Как ты смеешь, дура, позорить меня перед гостями?!

Пощечина была такой сильной, что голова Руты мотнулась в сторону. Рута упала на колени и поползла к графу, обнимая его ноги.

Все-таки бьет. Грустно. Но меня в детстве под порку подставлять ей казалось крайне забавным.

— Мой господин, это колдовство, эта женщина ведьма! Спаси меня! Прикажи ее повесить!

— Ты ополоумела? Я что, слишком давно учил тебя? — Граф взмахнул арапником, с которым, видимо, не расставался даже во время пира. — Забыла, кто тут хозяин?

— Господин, не бейте! Она хотела убить меня! Навредить наследнику! — Заплакала Рута.

Граф перевел на меня выпуклые, налитые кровью глаза.

— Никогда не имела такого намерения! — Я отступила на шаг назад. — Графиня пригласила меня отведать груш. Видимо, ей не хватает развлечений, если она устроила такое представление.

Кто-то за спиной графа захлопал в ладоши.

— Браво, браво, было очень весело! — Вперед выступила Эбби. Все тут же склонились в поклонах. — Ее сиятельство невероятно сильна в лицедейском мастерстве. Такой талант! Вы нанимали ей учителей?

Граф нервно сжал кнутовище арапника.

— Это не игра, ваше высочество! — обиженно заныла Рута с пола. — Это злое колдовство! Я знаю ее с детства, она всегда была колдуньей! Без колдовства было просто невозможно выполнять все поручения моей маменьки, с которыми справлялась моя сестра! Ведьма она, и ее место на костре!