Книга Камеристка, страница 52 – Дина Зарубина

Любоваться красивым мужчиной вовсе не грех, а эстетическое наслаждение. Это мотивирует и держит в тонусе! Если не влипать и сохранить ясную голову!

— Главное, чтобы это не сказалось на репутации, — заметила пожилая дама, полностью ответив на мои мысли. — Иначе хороший брак может сорваться.

— Мой не сорвется, — он уже заключен по всем правилам! — Миледи, а вы знаете, по каким причинам брак может быть расторгнут?

— При доказанной измене супруга в присутствии трех свидетелей или бесплодия в течение пяти лет. — Моментально ответила леди. — Этот срок продляется, если супруг ушел на войну или пропал без вести, еще на три года, или если он заключен в тюрьму. Он же тогда не может исполнять супружеские обязанности. Впрочем, супругам положены свидания, не реже четырех раз в год, насколько я помню. Отказать в прошении на свидание дворянке имеет право только король.Либо, если супруга осталась невинной в течение года, она может расторгнуть брак по причине неспособности супруга вести нормальные семейные отношения. Достаточно освидетельствования чистоты в храме богини-Матери.

Пожилая леди оказалась просто кладезем знаний. Свидания, значит, мне положены? Гм… звучит многообещающе. Это нужно обдумать. Но после возвращения, разумеется.

— Миледи, примите мое восхищение! Вы не хуже опытного стряпчего разбираетесь в законах!

Леди захихикала.

— Ах, милочка, когда за спиной четыре брака, поневоле начнешь разбираться в таких вещах! Иначе родственники мужа обдерут тебя, как липку! Что там случилось? — Дама вдруг вытянула шею, заметив заминку в королевской процессии.

— О, Пресветлый, королева упала в обморок!

— Говорила же этой дурочке остаться в покоях! — Вспылила миледи, проталкиваясь сквозь толпу придворных, ловко орудуя тростью, как молотильщик цепом. Поскольку моей руки она не выпустила, я бежала следом за ней.

Через пять минут я оказалась возле короля и склонилась в глубоком поклоне. Вот уж не ждала такой чести! Король кивнул, мельком скользнув по мне безразличным взглядом.

— Идите, Тариэль, я разберусь! — миледи достала хрустальный флакон и дала капле упасть на посиневшие губы королевы. Ее поддерживал один из миньонов короля.

— Маркиза, надеюсь на вас! — равнодушно сказала король.

— Живо, Нино, сюда носилки и лакеев, Марли, принесите воды! Гийом, бегом за лекарем! Люка, намочите платок в фонтане! — дама распоряжалась, как опытный полководец. И знала всех миньонов по именам. И короля просто по имени назвала. Хм.

Король же повернулся и продолжил прогулку. Вот сволочь! У него, может, тут жена умирает, а он обсуждает, какими цветами украсить бальную залу? В соответствии с сезоном и фазой луны?

За королем потянулись придворные, огибая нашу группу. Впрочем, кланялись все достаточно низко.

Когда подбежал лекарь с помощником, возле королевы оставались: маркиза, я, отставшая от косяка придворных Марисса, (сделавшая большие глаза при виде меня), тройка миньонов, четыре дамы из свиты королевы, хлопающие крыльями, как наседки над цыпленком, шумно и старательно, но безрезультатно. И четверо лакеев с носилками. Негусто.

Больше всего пользы было от лакеев, они были ловкими и сильными, миньоны — крайнепредупредительными, и королева, бережно уложенная на носилки, оказалась в своих покоях очень быстро. Лекарь с помощником и маркиза остались в спальне, а мы в будуаре, с почти умирающими дамами. Невежливо было уйти вот так сразу, не оценив тонкость душевной натуры притворяющихся взволнованными дам. Плевать им было на королеву с ротонды дворца. Место терять не хотелось, вот и старались.