Книга Трилогия «Система», страница 284 – Сия Тони

– Нам нужно дождаться утра, поэтому располагайтесь, – проговорила я. – С собой у нас ничего нет, а значит, красть у нас нечего. Среди присутствующих есть куда более соблазнительные жертвы.

Райан по привычке попытался вызвать Систему, взглянув на руку. Тяжело вздохнув, он принялся взбираться на второй ярус, внимательно разглядывая все, к чему предстояло прикоснуться. Аурелион с трудом разместился под койкой брата. Он развернулся на бок, чтобы удобнее было подогнуть ноги. Лир также расселся на первом ярусе, на соседней койке.

– Все это напоминает мне времена учебы в военном центре трансформария, – сказал он.

– Значит, мутанты для жителей Верума такое же отребье, как люди на Земле. – Я подмигнула, не пытаясь его обидеть. – Никогда прежде я не оставалась в центре временного размещения надолго, поэтому не знаю, что здесь может произойти.

– Если ты устала, можешь поспать. – Лир расстегнул куртку, приглашая меня отдохнуть в его объятиях.

Я улыбнулась ему, прежде чем встать на металлическую раму койки Аурелиона. Удерживаясь за решетки второго яруса, я осмотрела Райана. Он медленно повернул голову.

– Альби, твоя жизнь – полный отстой, – тихо сказал он.

– Я знаю, – так же тихо ответила я. – На самом деле я хотела сказать тебе… что поначалу так злилась на тебя, но… в общем, мне жаль. Ты не имеешь к этому никакого отношения, а вынужден…

– Я тоже ошибался в тебе, – перебил меня Райан. – Но не думай, что теперь мы друзья.

– Никогда, – с улыбкой произнесла я и спрыгнула на пол.

Сняв куртку, я повесила ее на хлипкий крючок между кроватями. Под пристальным взглядом Аурелиона я аккуратно забралась на руки к Лиру. Когда он укутал меня в свой плащ, словно в одеяло, я устало прильнула к его теплой груди.

Как бы мне хотелось, чтобы все было иначе…

– В семь утра по громкоговорителю зазвучит гимн Ясора, – предупредила я Лира.

– Я тебя понял.

Аурелион

Пронизывающая боль страждущих накладывалась на мое отчаяние, раскалывая разум. Ярость нарастала, но не из-за людей вокруг, а из-за собственного бессилия.

От желания броситься на Лириадора, когда тот гладил по спине спящую Ати, тело напряглось, мышцы дрогнули. Каждый раз его прикосновения к ней выжигали мне душу. Но я сдерживался – и не потому, что опасался его, а потому, что знал, что, сорвавшись, снова разочарую Ати.

Она выглядела измотанной, поэтому мое чувство вины только усиливалось. Ее не должны были касаться пороки этого мира… нищета, усталость, страх за собственную жизнь…

Ей здесь не место. Этот мир был слишком жесток.

Но как бы мне ни хотелось, я не имел права решать за нее.

Я не должен был этого делать.

Я мог только ждать.

Изредка Лириадор бросал на меня короткие, насмешливые взгляды, издевательски подмигивал и улыбался. Демонстративно водил ладонью по спине Ати, наслаждаясь моей беспомощностью.

Сделав глубокий вдох, я прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Я должен был взять себя в руки, чтобы пройти это испытание с достоинством. Мне ни в коем случае нельзя было усугублять свое и без того неутешительное положение…

– Чего пыхтишь? – все-таки не удержался Лириадор. Его губы скривились в презрительной усмешке.

Его существование раздражало. Мало того что он, равно как и я, держал в секрете от Ати суть эксперимента, так теперь еще и смеялся надо мной, выйдя сухим из воды.