Книга Украденный источник, страница 185 – Амалия Лик

– Вот же океанские бесы, – выдохнул Итан и дотронулся до живота. – А ты еще тот манипулятор, – сказал он мне и похлопал кондора по клюву. – Спасибо, Красавчик.

– Красавчик? Серьезно? – засмеялась я, а Айс кинулась к Итану и обняла его.

– Ненавижу, – сказала она ему.

– Ага, и я тебя, – ответил Итан и обнял сестру.

Через несколько дней мы приземлились на Западных Скалах. Я спрыгнула с Шанса, а Гай – с Беса.

– Что будет с Амораной? – спросила я.

– Она под пристальным присмотром отца, пока тот не решит, как поступить. Считаешь, ее стоит упрятать в тюрьме?

– Не знаю, но думаю, что больше всего ей требовались его любовь и внимание. Просто она не понимала, как их добиться.

– И выбрала не тот путь.

– Да, выбор – это всегда очень сложно. А вот Маркус пусть посидит в тюрьме за все, что он натворил.

Мы поднялись на Великую гору, где много лет назад хранился наш источник. Я подошла к священному камню и положила руку, погладила его холодную шершавую поверхность. Выдохнула, собрала свою энергию и вогнала лезвие в камень. Он вспыхнул и голубая чистая энергия, как лавина, потекла вниз, окутывая все вокруг.

– Мне не верится, что источник вернулся на Скалы, – сказал Гай, глядя на голубизну неба и сверкающий океан перед нами, на чистую, всеобъемлющую энергию, питающую камни.

– Мне тоже. Но больше всего мне не верится, что теперь нет ни люций, ни сущностей, а те, кто наделен силой, больше не будут бояться, перестанут быть изгоями.

– Я же говорил, что ты особенная, – Гай взял меня за руку. – Ты освободила не только тех, кто был заперт в Топи и Брюхе, но и тех, кого превратили в монстров, сделали рычагами в бессмысленной вражде.

– Это не я, а источник. Он привел нас к тому самому будущему.

– Как думаешь, мы сможем когда-нибудь все вместе общаться? С Морсами, с сыновьями Скайала…

– Вам придется. Вы все мне дороги. Тем более ты не знал, что вытворяла твоя сестра, и что твой отец последние пять лет держал Морса в заточении. Но теперь все будет иначе. Думаю, Айс и Итан остынут, рано или поздно. Ведь Бравий не убил их отца, – я пожала плечами. – А когда человек жив, все можно исправить.

Когда Итан пришел в себя, то накинулся на меня с вопросами про его отца. Айс присоединилась к нему и тогда мы окружили Бравия и потребовали ответов. Он признался, что Морс жив и все эти годы его держали то при центре умов на Северных Скалах, то в центре на Западных Скалах. Бравий объяснил, что Морс всю жизнь был его другом и настраивал люции. Но его сил не хватало, и ему давно подыскивали помощников. Когда в Айс и Итане проснулись силы, Морс понял, что они будут обречены всю жизнь работать с люциями, как и он. А Морс ненавидел свою работу, зная, что благодаря ему других обрекали делать то, что они не хотели, забирали право выбора и волю.

Но у него не было выхода, а у детей был. И Морс попытался скрыть силы детей, но Бравий все равно узнал. Между ними вспыхнула ссора, в которой Морс был ранен. Он не умер, но когда пришел в себя, то узнал, что дети сбежали. Тогда он пожертвовал собой, пообещал Бравию работать на него всю жизнь, лишь бы тот не трогал его детей. Он отдал все, что у него было. Иначе охота на Айс и Итана была бы беспощадной, а так он выкупил им свободу, пусть и подобной ценой.

– И Порций обещал лично отправиться туда и заняться налаживанием связей. Мне в академии будет его не хватать.