Книга Искра надежды в эпоху отчаяния, страница 174 – Делия Дэвис

Увернувшись, Саймон взял Дэвида в захват, но тот был явно здоровее. Ударив Крэйна под дых, он высвободился с поразительной легкостью. Очередной удар пришелся по лицу. Саймон свалился на пол, чувствуя, как кровь начинает литься сильнее. Боль от падения прошлась по спине, и он стиснул зубы. Взгляд упал на гвоздодер, лежащий под кроватью. Это было как знак свыше.

Дэвид подходил к нему медленно, точно охотник к подстреленной добыче, которая вот-вот готова была испустить дух. Присев на корточки, он склонил голову, скользя взглядом по Саймону. Тот же, тяжело дыша, прислонился спиной к кровати, скалясь от боли. Когда Фрай перевел взгляд на хныкающую Дану, чтобы произнести очередную свою грандиозную колкость, Саймон схватил гвоздодер и ударил Дэвида по голове, как только тот отвлекся.

Фрай с грохотом рухнул на пол, не стремясь подняться. Нож выпал из сжатой ладони, Фрай шумно выдохнул и стиснул зубы. Саймон поднялся на ноги, скрипя зубами, и подошел к нему ближе, глядя сверху вниз. Сев на колени рядом с его телом, Крэйн снова ощутил это.

Внутри полыхало желание забить Фрая до смерти, проломить череп, но перед этим раздробить каждую косточку в его руках. Не давать ему лишиться сознания, чтобы он прочувствовал каждую крупицу боли. Оставить умирать, истекая кровью. Кинуть на съедение собственным потерянным, которые в ломке разрывают друг друга не хуже зараженных.

Сжав металл, Саймон собрал оставшиеся силы. Ударил по колену, заставляя Дэвида зашипеть от боли. Затем замахнулся еще раз, ударил гвоздодером Фрая по голове. Кровь брызнула из разбитого носа. Рык сорвался с губ. Саймон нанес еще один удар, уже не целясь. Ощущение власти и безнаказанности опьяняло. Уже ничего не имело значения. Только месть. Его агония в обмен на расколотую душу. Все посторонние звуки уже давно не достигали его сознания, пока не послышался знакомый голос.

– Оставь его мне.

Саймон хрипло выдохнул, замахнувшись еще раз, но замер, переводя внимание. Аарон был весь в крови. Она оказалась на лице, руках, впиталась в одежду. Таким Саймон помнил его еще со времен совместной работы. Лагерная жизнь сделала его тише и спокойнее. Настолько, что Крэйн уже совсем забыл, что Аарон может быть таким. Его пальцы крепко сжимали толстую веревку, взгляд казался чужим и пустым, как и выражение лица. Прихрамывая, Арчибальд пошел в сторону Фрая.

Крэйн сипло выругался, опуская руки, и откинул железку в сторону, переводя взгляд на Дану. Она сидела на кровати, забившись в уголок, и наблюдала за происходящим, все еще не развязав руки. Ее бледные щеки были влажными от слез. Но на лице отражалось только безразличие. На теле проявились синяки. Кажется, она уже ничего не видела перед собой, машинально царапая бедро.

Саймон кинулся к ней и, подобрав нож с пола, перерезал веревки. Дана начала дрожать, переведя стеклянный взгляд куда-то ему за спину, где снова зарождался хаос. Саймон не стал туда смотреть, проверяя, все ли с ней в порядке. Взяв ее лицо в ладони, он аккуратно провел пальцами по щекам, собирая влагу. Дана испуганно отшатнулась, обхватывая себя руками и со звериным страхом глядя на него.

Она стала его искрой надежды в эпоху отчаяния, и Саймон не мог позволить ей погаснуть.

– Я тебя вытащу, – сдавленно пообещал он, перебирая тряпки резкими движениями.