Книга Целительница, страница 80 – Светлана Воропаева

— Нет. Считайте, что это моё хобби. А деньги я зарабатываю в банке, поэтому могу себе позволить исцелять людей бесплатно.

— И давно исцеляете?

— Сколько себя помню, — спокойно ответила Пятницкая, однако внутри неё что-что порождало неприятные ощущения. — Анна, вы мне не верите? — прямо спросила она.

— Что же так сразу? — начала защищаться Анна.

— Я это вижу. И ему вы не верили. Постоянно ревновали и пытались контролировать. Да, Толику вашему. А он устал и ушёл.

— Как смела Маша рассказать вам о таком личном?!

— Ничего мне Маша не рассказывала. Нам есть о чём поговорить. Ага, вы и в себя-то не особо верите. Вы этим на маму свою похожи. Она одна вас растила. И в целителей вы не верите. Хотя верите, но в каких-то своих. А я не потомственная колдунья в седьмом поколении, на земле в своём доме не живу, над огнём не колдую.

— Да уж. Вид у вас банальный, — огрызнулась Анна.

— Я за результат, — парировала Виктория. — Вы можете расслабиться, я вас посмотрю? Можно? Можете?

— Я расслаблена, — отчеканила Анна.

— Увы, это не так. Обратите внимание, как у вас сейчас напряжена шея. И зубы вы сжимаете сильно. Да так, что большие пальцы на ногах периодически сводит.

— Пальцы порой сводит. Но при чём тут зубы?

— Всё взаимосвязано. Всё не просто так. И, увы, я готова признать, что не могу вам помочь сейчас. Я даже чистой энергией не могу вас наполнить. Всё идёт мимо. Вы закрыты для меня, — констатировала Пятницкая, стараясь скрыть своё удивление и даже разочарование. Впервые она столкнулась с тем, что не может кого-то исцелить.

— А Мария говорила, что вы всем помогаете, — словно убеждаясь в своих же негативных представлениях, упрекнула Анна.

— Вам я не могу сейчас помочь, — повторила Пятницкая, мечтая поскорее закончить встречу. — Мне больше нечего добавить. Думаю, вам нужен иной специалист.

— Да, мне нужен специалист, — согласилась Анна. — До свидания, — небрежно бросила она, встала, повернулась и гордо вышла из кафе.

От такого финала теперь поёжилась Вика, принимая на свой счёт слова девушки. На душе было противно. Вот она, вписанная в картину мира, способная использовать энергию чистой любви, не оплошавшая до этого ни разу, не смогла помочь человеку, у которого и серьёзных проблем-тонет. Ей нужно расслабить несколько мышц, подкорректировать осанку — и мигрени пройдут. А вместо этого Пятницкая сама заработала головную боль, не понимая, почему энергия не проходит через человека, который, казалось бы, согласен на исцеление.

Виктория хотела залпом допить кофе, спеша немедленно поехать к родителям, чтобы поговорить с мамой, но сознательно пресекла свой эмоциональный порыв. Сделала дыхательную гимнастику, спокойно допила капучино и только после этого направилась к метро.

***

— Нет, мам, спасибо, я совсем не хочу есть и очень хочу поговорить. Даже чай не хочу, — сказала Виктория, располагаясь на кухне в квартире родителей.

— Можешь не пить, а я не стану отказывать себе в удовольствии. Заварила облепиховый чай с мёдом. Он, кстати, хорош для снятия стресса.

— Тогда наливай, — не смогла сдержать улыбку Пятницкая. — У меня сегодня не получилось исцелить девушку. Я сумела просканировать её, видела проблемы, но не смогла даже наполнить её энергией.

— В юности я прозвала таких людей отрицателями. Они недоверчивы, любят всё контролировать, считают, что сделать хорошо могут только они, а если что-то не так, то в этом виноват кто-то другой. Они закрыты от мира и варятся в своей микросистеме. С ними можно работать после длительных доверительных бесед.