Книга На грани, страница 95 – Светлана Воропаева

— Я решил рассказать лечащему врачу всю правду. Пусть выпишет Веру, чтобы мы в другую больницу переехали.

— Очень логично сразу после операции транспортировать больного в другую больницу, — усмехнулась Вика. — Да и врач в целом порадуется. Забавное будет зрелище.

— Ну а что сказать? — развёл руками Михайлов.

— Ты на меня даже не смотри. Это твой вопрос, вот сам его и решай. Только меня не впутывай. Даже не смей говорить, что это я.

— Вик, но ведь это же чудо! Ты тут всех можешь вылечить.

— Не могу, — покачала головой Вика. — Есть законы, которые я не могу нарушать.

Вика сознательно заменила «не хочу» на «не могу», чтобы не объяснять Ивану всех тонкостей своей работы и не рассказывать, что вообще-то она и его не имела права спасать.

— Я видела твоего друга здесь. Савелова, — сменила тему разговора Вика.

— Да. Он приехал, как только узнал про Веру. Я позвонил, когда операция завершилась. Мы дружим семьями. Я тебе говорил, он мой близкий друг.

— И его жена тоже здесь? — тут же спросила Вика.

— Нет. Приедет через пару часов. Пётр в Москве, а Елизавета сейчас живёт в загородном доме. Он отправил за ней машину.

Было так заманчиво исполнить желание Тимофея прямо сегодня и поговорить с его мамой, которая должна была приехать ровно туда, где была Пятницкая, через каких-то несколько часов, но Вика вдруг спросила:

— Может, ей уже и не нужно приезжать? Как ты объяснишь, что я не спасла их сына, но исцелила твою жену, причём после успешнойоперации?

— Не подумал, — честно ответил Иван.

— Зато ты очень хотел чуда, — устало выдохнула Пятницкая.

— Я им не буду говорить, — после задумчивой паузы ответил Михайлов. — Никому не буду. Только с врачом поговорю, чтобы не посылал в палату никого другого. И медсестёр тоже. Пусть будет ВИП-обслуживание по полной — лично им. И с Верой поговорю, когда проснётся.

— Вера всё знает. Она сама мне давала согласие. Она всё будет помнить.

— Ещё лучше.

— Через полчаса Вера проснётся, — сообщил Виктории ангел в сером.

— Через тридцать минут твоя жена выйдет из наркоза. Пора тебе возвращаться, чтобы уладить последствия чуда. Аппендицит и операция — всё это было правдой, так что будет что рассказать чете Савеловых. А под ночнушку они Вере заглядывать не станут, чтобы посмотреть шов. Потом расскажете о невероятно удачной пластической операции и удивительных свойствах Вериной кожи к регенерации. Типа генетическая особенность. Ну и закрытые купальники никто не отменял, если вместе поедете на море.

— И правда умная, — по-доброму резюмировал Михайлов. — Взял бы тебя на работу, да уже не надо, кажется.

— У меня хорошая работа, Вань. Может, уже запомнишь это? — улыбнулась Вика. — И вообще, может, у меня не только к исцелениям дар.

— Дар целительницы у тебя бесспорный, — не согласился Иван.

— Ага, только ты постоянно сомневаешься, — устало улыбнулась Вика. — Ладно. Мне пора. Я безумно устала. Я пообещала Петру поговорить с ним, но я не могу. Честно, просто не в силах. Если бы ты только знал, какие тяжёлые последние две недели у меня были… Мне нужна тотальная перезагрузка.

— Хорошо, я поговорю с ним. Скажи, на какой день мне его ориентировать? Или ты совсем не хочешь с ним говорить?

«Очень не хочу», — подумала Вика, а вслух казала:

— Смогу с ним встретиться в понедельник в восемь вечера в районе Москва-сити. Спишемся с ним в понедельник, чтобы согласовать точное место встречи.