Книга На грани, страница 64 – Светлана Воропаева

Пятницкая не спешила приписывать себе заслуги по примирению сторон, ведь уладить конфликт ей помогла не её пламенная речь, а божественная энергия, которую она регулярно опускала на Витю и Сашу, пока те где-то разговаривали по душам.

***

После затяжного совместного ужина за длинным столом, накрытом в большой гостиной молодёжного коттеджа, родители Пятницкой и Поспелова ушли в свой дом — спать, как они сказали, хотя на часах было только девять вечера. Ваню тоже забрали — бабушка с дедушкой пообещали и уложить его, и накормить с утра кашей.

Оставшиеся переместились к камину — на диван и кресла. Петров раздвинул шторы: в панорамных окнах темнел ночной лес.

— Как насчёт кавы? — спросил он. — Мне недавно пришла партия чёрной кавы из Каталонии. Уверен, вы такое игристое не пробовали и оно вам придётся по нраву больше, чем шампанское.

— Коньяк тоже из винограда, — усмехнулся Виктор, поддерживая друга. — Принесу бокалы.

— Ну вот. Не мог сразу предупредить?! — с шутливым укором сказала Виктория. — Я пила виски.

— А я вино, — заулыбалась Маша. — Неси!

Скромная Оля как всегда промолчала и лишь слегка улыбнулась.

— Помочь? — предложил Стас. — Чувствую, нам одной бутылки не хватит.

— Да, помочь. Я ещё девчонкам десерты привёз от нового шеф-кондитера. Это что-то космическое!

— Саша! — смеясь, вновь запротестовала Вика. — Что ж ты не предупредил, я ведь уже объелась.

— Вот и правильно, — отмахнулся Петров. — Десерты нужно есть исключительно на полный желудок, чтобы всецело наслаждаться их вкусом, а не удовлетворять ими голод.

— Не слушай её, неси! — засмеялась Мария.

Девушки получили три красивые квадратные коробочки разных цветов, обвязанные белыми лентами.

— Открывайте по очереди, — попросил Александр. — Эти десерты заслуживают, чтобы ими сначала полюбовались. Маша, начинай. Потом Вика, а последняя — Оля.

Никто не стал возражать. И под звук открывающейся бутылки кавы Маша развязалаленту и открыла бирюзовую коробочку. В ней лежал пончик, облитый синей глазурью и усыпанный мелкими ракушками и морскими звёздами из марципана. Из дырки пончика торчал хвостик серебристой шоколадной рыбки, как бы ныряющей внутрь десерта.

— Я не смогу это есть. Это очень красиво, — театрально захныкала Маша.

И тут же за окном зажглось пять неоновых жёлтых звёзд, установленных на небольшой поляне перед лесом.

— Ого! — радостно воскликнула Вика. — Интрига!

Мужчины явно были в сговоре: они упорно молчали и сдерживали гордые улыбки.

Пятницкая поспешила открыть свою фисташковую коробочку. В ней стояла тарталетка из белого шоколада: справа она была заполнена белым муссом, а слева — россыпью заиндевевших черничек. По ободку десерта рассыпались марципановые маленькие цветочки-незабудки, а в середине красовалась бабочка.

— Ах! — заворожённо вздохнула Виктория.

А на улице зажглись пять неоновых голубых цветочков.

Все притихли: теперь была очередь Оли. Она медлила, кусая губу. Кажется, даже ей уже стало понятно, к чему всё идёт, и она то ли смущалась, то ли боялась ошибиться в предчувствиях.

— Открывай, — приободрил её Саша.

Ольга осторожно улыбнулась и развязала розовую коробочку. Там была пиала из белого шоколада с нарисованными глазками, торчащими ушками и радужным муссом, который дыбился завитком, словно грива лошадки. И ещё был рог. А на нём блестело обручальное кольцо.