Онлайн книга «Целительница: на грани»
|
Худенький мальчик лет пяти сидел на кровати, положив голову на колени и обхватив их руками. Он, как и его мать, качался. А ещё тихо повторял: – Больно, больно, больно… Сердце Пятницкой замерло. Она выдохнула, мысленно опуская все свои чувства в источник в центре земли, чтобы не мешали сейчас. – Можно я сделаю так везде? – спросила Вика, подходя к мальчику. Она коснулась его головы и убрала из неё боль. Тимофей поднял на неё глаза и одобрительно кивнул. Тогда Виктория опустила чистую энергию на всё тело мальчика, растворяя в ней боль. – А исцелить тебя можно? Тимофей отрицательно покачал головой. – Почему? – смутилась Вика. Мальчик тихо улыбнулся и снова покачал головой. – Ты умеешь делать кораблик из бумаги? – вдруг спросил он. – Да, – ответила Вика. – А лягушку? – Да. – И журавля? – Да. – Сделаешь? – попросил Тимофей, показывая на стол, где лежали несколько игрушек и листы цветной бумаги. – Я умею делать только кораблики. – Сделаю. А хочешь научу делать и остальные фигуры? – Хочу! – загорелся мальчик. Пятницкая была уверена, что, после того как они слепили трёх журавлей и пять лягушек, мальчик расположился к ней, но, когда она вновь предложила исцеление, он лишь улыбнулся. – Возьмёшь мой кораблик? Ты всё поймёшь, – как-то не по-детски сказал он. Вика взяла подарок из рук ребёнка и в этот момент и правда всё поняла. Картинки из прошлого Тимофея промелькнули перед ней. Тело передёрнуло от увиденного. – Спасибо за кораблик, – лишь выдавила она. – Тебе, наверное, уже пора, – утвердительно сказал мальчик и потянулся за новым листом бумаги. – Пора, – согласилась Пятницкая. – Позвать твою маму? – тихо спросила она уже у двери. Мальчик одобрительно кивнул и занялся очередной лягушкой. – Простите, но я здесь бессильна, – сказала Пятницкая, прикрывая дверь палаты. – Неужели ничего?.. – Он сказал нет. Он готов уйти. Он достаточнонамучился. И я ведь не только про болезнь. У него рука была сломана, ребро… Женщина с ужасом посмотрела на Викторию. – Это было один раз. Случайно. Он изменился, он всё осознал. – Сейчас, когда сын умирает, да. Но то, что было… Простите, Тимофей сказал нет. Я предупреждала. Я бессильна в этой ситуации. «Что я буду делать без него?» – застыл в заплаканных глазах Елизаветы немой вопрос. – Отпустите вашего сына. Я вижу странную вещь. Ваш сын вам не по судьбе. И муж. Вы сейчас должны были жить в Швейцарии. Работать переводчиком в ООН. Вы прекрасно знаете пять языков. Почему вы не уехали? – Из-за мужа, тогда ещё будущего. Я думала, если я останусь, вернусь к нему, то смогу его изменить. Что вместе мы с этим справимся. – Сколько он вас не бьёт? Столько, сколько сын болеет? Женщина перестала плакать и подняла печальные глаза на Викторию. – Это было не часто. Не думайте, – начала оправдывать своего мужа Елизавета. – Вы тоже намучились. Знаете, ваш сын всегда будет в вашем сердце лучиком света. Он будет вас оберегать оттуда. – А там? Как ему будет там? – вновь потекли слёзы у матери Тимофея. – Там ему будет хорошо и спокойно, – соврала Вика, она ведь не знала, как там, но искренне верила, что именно так. – Он разрешил мне лишь снять его боль, не болезнь. Простите. – Спасибо, – сказала Елизавета, утирая слёзы. – Это уже очень много. Я пойду к сыну, пока он здесь. Вика быстро пошла прочь по коридорам больницы. Она зажимала в руке бумажный кораблик, который подарил ей Тимофей, и плакала. Она технически принимала выбор мальчика, но не понимала, как такое вообще могло случиться. Почему в мире столько жестокости и боли? Она не понимала и плакала от бессилия. |