Книга Брак графини ван дер Вейн, страница 36 – Даниэль Брэйн

И это значит, что им ничего не стоит избавиться от меня в любой момент. Двум смертям не бывать, говорят? Но я эту байку уже опровергла собственной жизнью.

Карета остановилась. Я медлила, но мой кучер замаячил перед дверцей, и мне пришлось покинуть экипаж – впрочем, это было не такое и надежное убежище. Я или обеспечила себе достойное будущее, или подписала смертныйприговор, но у меня остается запасное решение. То, которое я приняла, когда ехала на первый этап… или что это было?

Тина перехватила меня у дверей и повела наверх. Ноги не слушались, и я поняла, что тело с непривычки затекло и болело. Это было странно – ведь Йоланда должна была привыкнуть к корсетам и тряске, или что это, психосоматика? Реакции Анастасии Ереминой? Все может быть…

Пока Тина раздевала меня, снимала куртки, рубашки, юбки, корсеты, драгоценности, распускала мне волосы, я молчала. Раз за разом я прокручивала странный разговор. Что он напомнил? «Игру престолов»? Нет, там все намного продуманней и логичней. Какую-нибудь онлайн-игру? Книжку из серии «прочитал и забыл»? Нет, нет. Похоже на какой-то набросок, пробу, но какой в этом смысл? И лишь когда Тина ушла, а потом вернулась с ужином, я решилась ее расспросить.

– Расскажи мне, что будет дальше?

– Дальше, милая госпожа? – удивилась она.

– Твоя матушка говорила тебе, так?

– Так, – кивнула Тина и поправила мне прядь волос. – Это будет долго, долго, прежде чем все, кто достоин, предстанут пред его высочеством. Сколько умрет, милая госпожа, сколько будет опозорено.

– Например, если… выяснится, что девушка нечиста?

– Ох, милая госпожа, – негромко засмеялась Тина, – вы совсем как юный цветок алны, такая непорочная.

Это прекрасно, что ты так думаешь, потому что я помню про Марию Хлопову. Плохо, что мои опасения подтверждаются, и не невинность тут моя, истинная или мнимая, причина, а…

Например, ту самую претендентку, которую я сгоряча согласилась заменить, завтра могут попытаться вывести из игры, и как это сделают, я примерно уже представляю. Доктора здесь не церемонятся.

– Ваша матушка, – Тина наклонилась ко мне и зашептала тихо-тихо, хотя нас вряд ли мог кто-то услышать, – так хотела стать королевой. Все Святые были тому свидетелями и хранят тайну сию, но моя матушка говорила, будто ее сиятельство подсыпала девушкам бледные травы.

– Не знаю, что это такое, – призналась я, внутренне содрогнувшись. Куда она лезла? Не понимала, что выбирает абсолютно не принц? А я куда лезу со своими знаниями этого мира? Еще на какой-нибудь милый тот свет? – Но зачем ей было это все нужно?

Я же видела, на что готовы девицы, с которыми перемолвилась всего парой слов, и за это время со мной они охотно поделились планами и рецептами.Значит, желание покинуть отбор – не исключение, не нечто из ряда вон, наоборот, тут все союзницы, сестры по несчастью. Отчаянные времена требуют отчаянных мер. Зачем матери Йоланды занимать место в королевском дворце? И да, она все равно его не получила. На этом настаивала ее семья?

Тина отстранилась. В комнате было темно, тихо, только редкие свечи отбрасывали на наши лица и стены трепещущий блеклый свет.

– Говори, – приказала я. – Я не выдам тебя моей матери, не выдам никому. Ты же молилась, чтобы моей сестре не пришлось проходить через это, так почему?