Книга Секретарь Его Темнейшества, страница 47 – Лия Керн

Было страшно, но почему-то я твердо была уверена, Ираида справится.

Я так и просидела у стены, поджав колени, прислушиваясь к мертвой тишине за дверью. Сначала я ловила каждый шорох, каждый скрип половицы, но постепенно тревожное напряжение, усталость и бессонная ночь взяли свое. Голова тяжело склонилась на колени, веки сомкнулись, и я заснула — неожиданно крепко, несмотря на неудобную позу и неподходящее место.

Меня разбудил осторожный толчок в плечо. Я вздрогнула и распахнула глаза, на мгновение забыв, где нахожусь. Передо мной склонилась Розанна, вернувшаяся с выходных. В ее руках дымилась кружка с чаем, терпкий аромат которого щекотал ноздри.

— Леди Амалия, — тихо позвала она, и в ее глазах читалось беспокойство. — Вы тут заночевали? Шли бы вы к себе. Ираида знает свое дело, а вы все равно ничем ему помочь не сможете. Выпейте, согрейтесь.

Я с благодарностью взяла горячую кружку, чувствуя, как дрожь пробивается сквозь онемевшие от неудобной позы мышцы. И в этот самый момент дверь в покои с тихим скрипом отворилась.

На пороге стояла Ираида. Вид у нее был ужасный: лицо серое, глаза потухшие, волосы выбились из строгого узла. Она выглядела так, будто провела ночь в битве с демонами, а не у постели больного.

— Ну, отвоевала. — Ее голос был хриплым от усталости. — Он оказался крепче, чем я думала. Его жизни теперь ничего не угрожает. Раны очищены, яд выведен. Теперь дело за природой и отдыхом. Ваш Темный Лорд сильный, скоро будет как новенький.

Она не успела договорить, как я, забыв и про чай, и про усталость, сорвалась с места и ринулась в комнату, едва не сбив с ног саму целительницу.

Ивар лежал на груде подушек. Бледность все еще заливала его лицо, делая мужчину похожим на мраморную статую, но губы уже обрели легкий розоватый оттенок. Его темные глаза были открыты, и в них, хоть и притупленная слабостью, плавала знакомая мне усмешка. Он смотрел на меня, и в этом взгляде не было ни тени удивления.

— Ваше Темнейшество… — выдохнула я, останавливаясь у кровати и чувствуя, как глаза наполняются влагой. — Я… я так переживала!

Слова вырвались сами, горячие и искренние, и я тут же почувствовала, как по щекам разливается густой румянец.

Усмешка на его губах стала чуть заметнее.

— Напрасно, Амалия, — тихо произнес он, и его голос, хоть и ослабленный, все еще сохранял тот самый бархатныйтембр, от которого по спине бежали мурашки. — Мне ничего не угрожало. Стычки с нечистью в моих землях — дело обыденное. Это мое призвание, именно для этой борьбы и нужна моя сила.

Темный Лорд сделал небольшую паузу, позволяя мне осознать, что я зря всю ночь просидела под дверью.

— Но, — продолжил он, и его взгляд стал пристальным, пронзительным, — приятно осознавать, что кто-то способен так… искренне беспокоиться о моей судьбе. Мне лестно, Амалия, что ты переживала обо мне.

От этих слов щеки мои вспыхнули так, что, казалось, могут вогнать в краску даже камни в стенах. Я почувствовала себя абсолютно глупо, слишком явно продемонстрировав симпатию, которую я сама, пожалуй, еще не осознала до конца.

— Вам… вам нужен бульон! — Испытывая неловкость и стыд, я поспешно сменила тему, отчаянно ища предлог, чтобы сбежать. — Для восстановления сил! Да! Я… я пойду, распоряжусь!

И, не дожидаясь ответа, развернулась и почти выбежала из комнаты, спиной чувствуя понимающий взгляд. В коридоре я прислонилась к прохладной стене, пытаясь прийти в себя. Не понимаю, что так сильно меня взволновало! Ведь ничего такого я не сказала. Просто рядом с Иваром я неизменно тупела. С этим нужно было что-то делать.