Книга Контракт для герцогини, страница 113 – Ада Нэрис

Но самым важным и знаковымстал выработанный ими обоими ритуал. После каждого светского выхода — а они следовали один за другим с пугающей регулярностью: благотворительный аукцион, ужин у посла, премьера в опере — она направлялась не в свои покои, а прямиком в его кабинет. Дверь теперь была для неё всегда открыта в прямом и переносном смысле.

Он обычно уже ждал её, сняв строгий фрак, в одной рубашке с расстёгнутым воротником, у камина или за столом. На низком столике между двумя кожаными креслами неизменно стояли графин с выдержанным коньяком и два бокала. Сначала она отказывалась, но однажды он, не глядя на неё, налил немного в бокал и отодвинул в её сторону.

— Это не роскошь, а необходимость, — сказал он тогда сухо. — Разгружает ум и снимает напряжение лицевых мышц после часов улыбок. Выпейте.

И она выпила. Тёплая, обжигающая струйка сперва вызывала кашель, но затем разливалась по телу успокаивающим теплом, действительно смывая фальшь светского вечера. И начинался «разбор полётов».

Их беседы уже не были похожи на первые отчёты-доклады. Теперь это был настоящий анализ, диалог равных — не по статусу, но по интеллектуальному напряжению. Она рассказывала не только факты, но и свои впечатления, догадки, строила теории.

— Лорд Чедвик сегодня весь вечер избегал смотреть в сторону жены, но трижды перебрасывался словами с её сестрой, и это выглядело слишком уж невинно, — могла сказать она, прихлёбывая коньяк и грея ладони о бокал.

— У жены Чедвика огромные долги перед ростовщиком, который, как мы знаем, связан с Кэлторпом, — тут же парировал Доминик, не глядя в бумаги, будто карта всех связей Лондона была выжжена у него в памяти. — Возможно, они шантажируют его через жену, а он ищет утешение или сочувствие в неподходящем месте. Или ищет способ надавить в ответ.

— Или сестра жены — их агент, и они через неё контролируют ситуацию, — добавляла Эвелина, и в её глазах загорался азарт охотника.

Он начинал ценить не только её наблюдательность, но и её умение мыслить нестандартно, видеть человеческие мотивы там, где он видел лишь схемы и связи. В их диалогах появились острые, почти что дружеские шутки, которые посторонний никогда не понял бы.

— Ваш поклонник, сэр Элмонд, сегодня снова искал вашего общества, — как-то заметил Доминик с едва уловимой, но явной кислинкой в голосепосле вечера в опере. — Похоже, вы произвели на него неизгладимое впечатление своей любовью к корабельному такелажу.

— О, я просто вдохновляюсь его эрудицией, — парировала Эвелина с абсолютно серьёзным лицом. — После разговора с ним о плотности мачт я чувствую себя готовой лично возглавить экспедицию в Индию.

Уголок его рта дёрнулся — самое близкое к улыбке, что она когда-либо видела. И в такие моменты между ними возникало молчаливое понимание, комфортная тишина, наполненная не напряжением, а почти что… товарищество, товарищество по оружию. Она ловила его взгляд на себе, когда думал, что она не видит, и в этом взгляде не было уже ни холодной оценки, ни раздражения. Было пристальное, заинтересованное изучение, будто он заново открывал для себя сложный и крайне полезный инструмент.

Однажды поздно вечером, после особенно утомительного бала, где ей пришлось кружиться в вихре сплетен и намёков, они сидели в кабинете в тишине. Коньяк был почти допит, огонь в камине догорал. Она чувствовала приятную, творческую усталость.