Книга Бракованный принц и замок в кредит, страница 21 – Кристина Ло, Мари Марс

— А они вообще спелые? — с сомнением спросила я. — Я не отравлюсь?

Хотя, честно говоря, даже неспелые я готова была сейчас съесть — до такой степени сосало под ложечкой.

— Спелые, сама сладость! — Облизнулся перкин, ловко сбил один плод и принялся с явным удовольствием его уплетать, причмокивая.

Решив, что терять мне уже нечего, я сорвала самый крупный плод, обтёрла его о менее грязный участок платья на груди и осторожно вгрызлась в упругую мякоть.

Это было не просто вкусно — это было невероятно. Нежная, тающая во рту мякоть, сочетающая в себе сладость спелой груши, лёгкую кислинку клубники и какой-то неуловимый сладкий аромат. Я не заметила, как съела первую ягоду и потянулась за второй, потом за третьей...

Когда я съела десятый по счёту плод, до меня наконец дошло, что живот набит битком, а на тело накатила приятная, ленивая усталость. Впервые за этот бесконечный день я почувствовала себя не беспомощной жертвой обстоятельств, а просто усталой, но сытой женщиной.

— Я тебе говорю — представь туннель! Нить! Да хоть трубу водопроводную! — после часа бесплодных попыток взмолился Шушик, скача по траве от отчаяния.

— Я стараюсь! — огрызнулась я, чувствуя, как трещит по швам моё терпение. — Видишь же сам, что ничего не получается! Может, есть другой способ?

— Есть, — сказал он, от чего я воспряла духом, но он тут же убил мою надежду: — Ручками всё отмывать да отчищать. По старинке.

— Нет уж, спасибо, ручками не хочется, — с тоской вздохнула я, снова закрывая глаза. Пришлось по новой представлять, как от меня к нему тянется тонкая-тонкая нить. Ну почему он, такое могущественное магическое существо, не может сам, без моей дурацкой концентрации, привести всё в порядок?

— Не отвлекайся! — буркнул он, и в его голосе послышалась напряжённая сосредоточенность. — Я почти... почти ухватил...

Сидеть на прохладной траве и посылать мысленные сигналы этому мохнатому деспоту сначала казалось занятием лёгким и даже забавным. Но с каждой минутой мои бёдра и спина начинали ныть всё сильнее от неудобной позы, в висках застучала тупая, навязчивая боль, а затекшие ноги кололо иголками. Я уже готова была сдаться и пойти искать ведро и тряпку.

И вот, когда солнце уже катилоськ горизонту, окрашивая небо в багряные тона, а моё терпение было на исходе, — вдруг что-то щёлкнуло.

— Поймал! — радостно воскликнул Шушик, и его голос прозвучал как самый прекрасный звук на свете.

И тут же в груди у меня возникло странное, щекочущее чувство, будто внутри зажгли крошечную искру. С каждой секундой это чувство нарастало, превращаясь в настойчивое, почти болезненное покалывание, которое разливалось по всему телу горячей волной. Мне стало трудно дышать, мир поплыл перед глазами... И так же внезапно, как и началось, всё отпустило, оставив после себя лёгкую, приятную пустоту и ломоту в мышцах, будто я только что пробежала марафон.

Я открыла глаза и ахнула. Шушик светился, как новогодняя гирлянда, заливая всё вокруг мягким фиолетовым сиянием. По его меху бегали сотни маленьких сверкающих всполохов, отчего шёрстка топорщилась в разные стороны, делая его ещё более забавным и милым.

А потом он дёрнулся, и его окутала лёгкая серебристая дымка. Дымка стала с огромной скоростью расти, клубиться и тянуться к стенам замка, впитываясь в древние камни, словно вода в сухую губку. Замок слегка задрожал, и от него послышался низкий, едва уловимый гул, будто проснулся великан. И чем громче гудел замок, чем больше магии впитывал, тем тусклее становился перкин.