Книга Не оставляй меня!, страница 28 – Резеда Ширкунова

— Ты почему, недоросток, общаешься так, как будто он не видит меня. Я не мог умереть, не мог, — начал вновь кричать граф. И мужчина рванул в ее сторону. Что уж хотел сделать призрак графа, останется неизвестным, но его резко отбросило от девочки. Ириска только заметила, что перед ней встали несколько неупокоенных душ.

— Если вы не успокоитесь, я не смогу помочь выяснить, кто вас убил, и вы останетесь неотмщенным, — громко произнесла девочка. После этих слов призрак изменил цвет и стал каким-то блеклым и невзрачным, с каждой минутой становясь все светлее и более прозрачнее.

Девочка подошла к призраку и посмотрела на него:

— Так как, будем рассказывать или жалеть себя?

В этот момент говорила не маленькая девочка, а самодостаточная женщина Татьяна Волкова, которая знает, о чем говорит и что спрашивает.

— Помню, что зашел в таверну, там за соседним столом сидели двое. Один из них мне показался очень знакомым, но я никак не мог его вспомнить. Я взял кружку слабого алкогольного напитка, так как долженбыл на следующий день отправиться в столицу по поручению герцога. Выпив, почувствовал себя плохо и вышел на улицу. За мной последовали те двое, которые сидели за соседним столом. Резкая боль в голове и больше ничего не помню, пока ты не позвала меня.

Ириска быстро передала все слова графа начальнику тайной канцелярии.

— Спроси его, девочка, по какому вопросу он должен был ехать в столицу.

— Увезти письмо от герцога королю.

— Письмо было при вас?

— Нет. Хотел вначале выпить и перекусить перед дорогой и только после таверны собирался заехать к герцогу.

— Спасибо. Если он вспомнит тех двоих пусть передаст через тебя, — попросил господин Миртем.

— Господин начальник тайной канцелярии попросил вас об одолжении. Если вы вспомните имена тех, кто сидел в таверне, то он будет вам очень благодарен.

— Я слышал, что он сказал, — усмехнулся граф.

Занятия у Ириски становились с каждым разом все сложнее. Это касалось уроков Магистра, но обучение у призрака тоже стало более интенсивным, и она чувствовала, что надолго ее не хватит. Детский организм уже устал от большой нагрузки, и она через две недели слегла в постель с сильной головной болью. Целитель, обследовавший девочку, сказал, что это произошло из-за переутомления. Теперь она лежала в постели и мучилась от безделья. Для той, которая целыми днями только и знала, что не расставалась с книгой, данная ситуация совершенно не нравилась.

Когда магистр зашел в комнату к девочке, она очень обрадовалась, но мужчина лишь мягко улыбнулся ей.

— Как ты себя чувствуешь, деточка? Все ругаю себя, что слишком загрузил учёбой твой еще неокрепший детский организм, — он виновато посмотрел на свою воспитанницу.

Видя, что магистр в произошедшем обвиняет себя, решила признаться:

— Это не ваша вина магистр, я сама виновата. Дело в том, что кроме ваших занятий, по вечерам у меня проходили дополнительные занятия по некромантии. А преподает мне его прадедушка дяди Теодора. Он сам некромант, это его книги были спрятаны в родовом камне. Извините, магистр. Я подумала, что лишними знания не будут.

— Ну что ты, деточка? — видно было, что магистр выдохнул с облегчением. Видимо, чувство вины сильно на него давило. — Я должен был сам догадаться, что знаний у тебя стало намного больше. Если бы ты изначально мне сказала об этом, то я бы убрал лекции по некромантии и развивал только целительский дар. А некромантией ты бы продолжала заниматься с господином Карнези.