Книга Наследница замка Ла Фер, страница 142 – Юстина Южная

Мы оба невольно оглянулись.

Граф де Граммон оттолкнул от лежавшего на подставке мушкета замешкавшегося охранника, вырвал у него из рук тлеющий фитиль и поднес к пороховой полке.

Ствол оружия был нацелен в нашу с шевалье сторону.

Доктор обхватил меня за талию, закрывая собой, и в последний момент попытался вытолкнуть с траектории выстрела.

Наверное, мне померещилось от страха, потому что мы все-таки были уже довольно далеко от ворот, но я будто услышала легкое шипение и хлопок пороха…

«Пш-ш-ш-пф…» Я вздрогнула, инстинктивно сжимаясь в комочек, и…

— Черт вас всех раздери! Почему порох сырой!

Граф де Граммон вдалеке разразился такой виртуозной бранью, какой я и не ожидала от столь лощеного господина.

Рядом шумно выдохнул Анри.

— Забирайтесь на лошадь, скорее, — проговорил он, и я немедленно его послушалась.

Когда мы оба уселись верхом, шевалье перехватил повод моей кобылы и закрепил его на передней луке своего седла, взяв все управление нашим «тандемом» на себя. Так, вдвоем, мы и покинули это проклятое охотничье шато, оставляя за спиной отряд Пьера и надеясь, что он все-таки сумеет привести Оливье де Граммона в чувство.

Как и говорил тетушкин внук, вскоре мы догнали маленькую кавалькаду, состоящую из моей сестры, Марселины, Рене и жены графа. И хотя мы все были бесконечно рады и этой встрече, и вообще освобождению моей сестры, да и в целом адреналин еще не улегся, но навалившаяся страшная усталость все равно брала свое. Даже Каролина не расплакалась, когда я подъехала к ней поближе, как вполне могла бы, а просто посмотрела на меня с непередаваемым выражением на лице, в котором смешались шок, радость, неверие, пережитый стресс, благодарность и любовь, и, протянув руку, крепко сжала мою.

— Потом, всё потом, — ласково шепнула я ей, и она согласно закивала.

В деревне мы смогли наконец расслабиться и немного отдохнуть. Нам выделили место в большом временно пустующем доме сельского кюре, и Каролина с Аделин рухнули в кровати, уснув быстрее, чем их головы коснулись подушек. Я убедилась, что с ними все хорошо и спустилась на первый этаж, где Этьен, нагнавший нас уже у самого селения, заканчивал перевязывать Анри.

Он сообщил, что Пьер и его ребята в порядке и, несмотря на то, что граф продолжает бесноваться, он уже не делает попыток никого убить, понимая, что проиграл, а наши следят за ним и пытаются успокоить по возможности.

— Как вы? — повторила я вопрос для шевалье, на который так и не получила ответа чуть раньше.

— Все хорошо, — отозвался доктор. — Раны неглубокие и неопасные — на руке, на ноге… Только та, что в боку, немного разошлась. Но мы с Этьеном все поправили.

— Вам нужно очень хорошо отдохнуть. Иначе и эти неопасные могут превратиться в опасные.

— Как только достигнем Блуа, я так исделаю, обещаю, — улыбнулся шевалье.

Этьен помог своему хозяину натянуть рубашку и, внезапно проявив недюжинную интуицию и деликатность, сказал, что ему нужно еще проведать лошадей, и исчез из поля зрения.

— Давайте я помогу вам дойти до комнаты, — сказала я, приближаясь к доктору.

На лице Анри отразилась внутренняя борьба: с одной стороны, «как же может мужчина обременять собой женщину», а с другой — это еще несколько минут, проведенных вместе.

— Благодарю, — наконец произнес он. — Я в состоянии дойти сам, но буду рад, если вы немного сопроводите меня.