Книга Кто впустил зло в сердце свое…, страница 11 – Элла Яковец

Весь холл моментально пришел в движение. Волшебники всех факультетов бросились во всех направлениях сразу, с гиканьем, визгами и воплями. И только мы двое остались стоять посреди этого бушующего моря.

Он ждал.

Потому что, кажется, хотел сказать мне что-то еще…

— О, вот и ты, Велиар, — раздался с лестницы жизнерадостный голос моего декана. — Как раз тебя искал. Привет, Бельфлер, хорошо выглядишь!

Мы с деканом инферно, секунду помедлив, разомкнули глаза и посмотрели на приближающегося Кроули.

Декан факультета Бездны сегодня был одет в элегантный костюм цвета ночного неба с льдисто посверкивающими алмазными аксессуарами. Черные волосы гладко зачесаны назад. Когда он так делал, то выглядел похожим на какую-то грозную мифическую птицу. И это впечатление усиливали взлетающие при каждом шаге полы легчайшей шелковой мантии.

— Доброго дня, мистер Кроули, — с прохладцей поздоровался «мой» декан.

Ха, смешно. И про которого декана мне теперь говорить «мой»? Про того, на чьем факультете я училась? Или про того, кто меня так долго, разнообразно и изобретательно трахал? От одного этого воспоминания сладко заныл низ живота.

— Ты уже познакомился с моей Бельфлер, да? — Кроули слегка развязно приобнял меня за талию и подмигнул. — Хороша, верно?

— Мистер Кроули, мне кажется не очень мудрым решением вводить в преподавательский состав даму с… неоднозначной репутацией, — взгляд Ван Дорна метнулся к моей лодыжке, украшенной мигающим цветными огоньками арестантским браслетом.

— Ой, да брось, Ван Дорн! Где ты сейчас найдешь темного с безупречной репутацией? Да еще и такого, который согласится работать в нашем колледже? — декан Кроули сжал мою талию сильнее и слегка меня тряхнул. От этого грудь упруго подскочила. Должно быть, вид сверху Ван Дорну открывается отличный.

Хотя, признаюсь, мне хотелось сейчас, чтобы сжимали меня вовсе не руки декана Кроули… Ван Дорн был так хорош, что я уже почти готова была признать, что влюбилась. Но сейчас я, конечно же, не подам виду. Буду безмятежно улыбаться и подставлять взглядам всех проходящих свои едва прикрытые части тела.

— Но это вовсе не повод разгуливать в таком непристойном виде! — я снова удостоилась взгляда Ван Дорна. В глубине глаз снова заплескалось пламя. И теперь я была почти уверена, что это не от страсти.

Почти…

Ван Дорн относился к тому небольшому проценту людей, которых я не могла просчитать по эманациям эмоций. Он не просто отлично владел собой. Он владел собой чрезвычайно хорошо. А это значит, что он тоже проходил курс самоконтроля.

Вот только зачем?

Он же не темный.

Ван Дорны темными не бывают.

— Что вы знаете о темной магии, профессор Ван Дорн, — облизнув губы, спросила я. И коснулась пальцем бесстыдно торчащего сквозь тонкую ткань рубашки соска. Потом резко выпрямилась, убрала с лица непристойное выражение. И руки от себя тоже убрала. — Простите, профессор Ван Дорн. Меня иногда заносит. Но увы, это не непристойный вид, а рабочий. Похоть — самый безобидный из инструментов моего арсенала.

— Инструментов, значит… — эхом повторил Ван Дорн, взгляд его пропутешествовал по моему телу от ключиц до коленок. И на коленках на секунду задержался. Уголки его губ дрогнули.

И тут я почти услышала, что за воспоминание всплыло в его голове. Как я стою перед ним на коленях, мои длинные волосы намотаны на его кулак, а мои губы скользят по его члену…